Глаза комбата сверкнули. Все по военной науке! Но так ведь не бывает?

— А теперь главное, командир, что и кого мы прикрываем?

Доберман обернулся на генерала, Бурлицкий молча кивнул. Эту тайну тщательно берегли до крайнего.

— Как только вы захватываете перекресток, вот по этой дороге вдоль дамбы к вам подскочат две специальные машины.

— Там же самое гиблое место в топи!

— Это амфибии, и именно здесь наиболее короткая дорога. Важнее скорость!

Стрига со всех сторон внимательно рассматривал трехмерный рельеф. Карта была интерактивная, можно было тут же получить спутниковый снимок или даже фотографии, сделанные в определенном месте. Ну да, короче пути на болоте нет. Как и нет никаких препятствий для амфибий. Багна ведь это не сплошная болотина. Есть на ней острова, завалы из погибшего леса. И откровенная топь, где нет хода никому.

— Хорошо. Дальше?

— Они отстреляются, вы обеспечиваете отход и уходите сами.

Стрига задумался. И посложнее задания бывали. В чем подвох? Он осторожно спросил, косясь на Командующего.

— А куда они будут стрелять?

Доберман криво ухмыльнулся:

— Наконец, задал наиболее важный вопрос. Уменьшить карту?

Он провел несколько манипуляций, и комбат самых отчаянных головорезов Чернорусья ахнул.

— Дибежская АЭС? Вы что, взорвать её удумали?

В этот раз ответил сам Бурлицкий:

— Мы еще не сошли с ума. Нанесем повреждения охлаждающему контуру, жемайтам придется остановить станцию. Все электрическое обеспечение их северного фланга после этого попросту рухнет. Без энергии нынче ничего не работает. А их техника жрет её крайне много.

Стрига в изумлении уставился на главкома Корпуса. Не раз они спорили и ругались по поводу стратегии текущей войны. Если «Медведи» лихо выполняли тактические задачи на и за передовой, то командир корпуса чаще решал вопросы политические. Быть им вообще или уйти в никуда? Старый спецназовец отлично понимал, что стоило принять подобное решение.

Неужели что-то в заплывших жиром мозгах властителей остатков Империи сдвинулось? Неужели забрезжил свет в оконце? Там в верхних эшелонах признали, что дальше край. Небытие…

— Командир, все глушится вчистую. Одни помехи на всех частотах.

Стрига обернулся в сторону связиста. Болотоход имел небольшой кунг, в котором они устроили подобие походной КШМки. Связист был лучшим и самым опытным в его батальоне. Ну, раз у них нет связи, то и у ворога подавно. Вряд ли здесь в болотах проложено ВЧ или иная зашифрованная кабельная линия. Все давно привыкли полагаться на Сеть. С востока внезапно раздались звуки коротких очередей. Затем в той стороне знатно бабахнуло. Всполошились, значит, вороги?

— Связь?

На небольшое расстояние их новейшие рации, выпущенные очень небольшой партией брали.

— Что там у тебя, Кум?

— Крысы полезли. Мы их малёхо приголубили. Зенитчики постарались.

Стрига бросил в сторону перестрелки взгляд. Над потемневшим, набухшим от влаги кустарником поднимались клубы дыма. Эти ракеты могли поражать и бронированные цели на земле. Два в одном!

Их подход к коммуникациям противника прошел незаметно. Система «Сова», установленная на двух машинах с ПЗРК, не заметила ни одного летака. Но и своих комбат выпустить не смог. Уровень помех был такой, что думать об этом даже не стоило. Отправленная заранее вперед ДРГ вернулась с точной диспозицией егерей. Наемники не были расслаблены межсезоньем и службу тащили исправно. Серьезные ребятишки. Рано их списывать в расход!

Пожалуй, обычным диверсантам здесь делать было нечего. Но имеющие на борту вездеходов огнеметные установки и ПТРы бойцы батальона не оставили двум блокпостам второго батальона ни единого шанса. Кто ожидает увидеть у себя в тылу крепкую бронегруппу с тяжелым вооружением?

Плюс фактор неожиданности. Постоянное предположение неизвестного в состоянии боеготовности не то же самое, что отражение заведомой атаки. Ну а профессионализма «Медведям» было не занимать. Если уж спецы из столицы к ним в командировки учиться ездят. Вот и сейчас такие также сидели на приземистых машинах. Получали настоящий боевой опыт. И первое испытание на прочность прошли успешно. Новичков все-таки к ним не шлют.

— Командир, «Ужа-1» подбили!

— Потери?

— Два легких.

— Принято. Это Стрига. Всем — движение на перекресток! Отбой связи.

Оставив боевое охранение в виде двух взводов, Стрига повел роту разведки в сторону дамбы. Именно на ней с еще имперских времен стоял небольшой поселок и находился своеобразный перекресток шоссе местного значения и старой узкоколейки. Железка давно не работала, но автомобильная дорога вполне себе использовалась, как рокадная в логистике северного, нависающего над Чернорусьем фланга. Вот на нем его людям предстояло встать грудью под пули.