Ривен обнял меня, ладонью скользнув под пояс моей пижамы, погрузив пальцы в мое тепло, дразня и играя с ним. Я застонала в губы Атласа. Ощущение, что они оба только разожгли огонь глубоко внутри.

Кай издал стон.

— Ты убиваешь меня.

Он вцепился пальцами в пуговицы на моей пижаме, быстро расстегивая их. Секунду спустя моя грудь была освобождена.

Ривен поднял другую руку, обхватив пальцами мой сосок.

— Идеальный розовый оттенок.

Кай наклонился, обводя языком тугой бутон.

— Совсем как клубника.

Я задвигала бедрами, стремясь получить как можно больше от того, что они давали.

Ривен скользнул в меня двумя пальцами, и я содрогнулась от смеси облегчения и желания. Он двигал ими туда-сюда, сжимая и разжимая.

Я тяжело дышала в губы Атласа. Он усмехнулся.

— Ей это нравится, Рив. Она даже не может продолжать целовать меня, она такая рассеянная.

В отместку я прикусила его нижнюю губу, но Атлас только рассмеялся еще сильнее.

Губы Кая оторвались от моей груди, и я выгнулась, пытаясь последовать за ним. Он ухмыльнулся.

— Приятно знать, что ты будешь скучать по мне, если я уйду.

Я нахмурилась, глядя на него, но тут Ривен сделал поглаживающее движение пальцами, от которого у меня отвисла челюсть и перехватило дыхание.

— Черт. Я должен посмотреть, — сказал Кай, скользнул пальцами под мои пижамные штаны, и через секунду я была полностью обнажена.

Взгляд Кая был прикован к местечку между моими бедрами, пальцы Ривена входили и выходили из меня.

Искры плясали по моей коже, пока они с Атласом наблюдали за этим. Их взгляды, устремленные на меня, только возбуждали меня, заставляя все внутри меня сжиматься.

— Ривен, — выдохнула я.

— Скажи мне, что тебе нужно.

— Все вы.

Он понял, что я имела в виду. Мне нужно было почувствовать не только его пальцы, но и его самого.

Секунду спустя он убрал пальцы и посадил меня к себе на колени, но развернул лицом к Атласу и Каю, сидевшим в изножье кровати. Ривен стянул пижамные штаны и медленно опустил меня на себя.

У меня отвисла челюсть, а веки затрепетали от восхитительного растяжения. В этом прикосновении была какая-то правильность. Осознание того, что я разрушила все стены в отношениях с человеком, от которого больше всего себя отталкивала.

Ривен покачивал бедрами, прогибаясь подо мной пробными толчками. Я отвечала ему движением за движением. Постепенно мы нашли свой ритм.

Кай протянул руку и обхватил ладонью мою грудь.

— Никогда не хочу забыть этот образ. Щеки вспыхнули от удовольствия. Глаза остекленели.

Атлас опустил руку вниз, нашел мой клитор, пока Ривен трахал меня медленно и глубоко.

— Я запечатлеваю это в своем чертовом мозгу.

Я издала пронзительный стон, когда Атлас попал в идеальное место.

Что-то в этом шуме лишило Ривена самообладания. Он входил в меня все глубже и сильнее, его темп нарастал.

Я потеряла представление о том, кто и где прикасался ко мне. Все, что я знала, это то, что я была переполнена ощущениями. Руками, губами и ими самими.

В комнате поднялся ветер, и земля задрожала под нами. Клянусь, я почувствовала, как в воздухе повисла водяная дымка. Я не могла ни за что ухватиться, потому что падала. Я не пыталась остановиться. Я кружилась в воздухе в каскаде серебра и магии.

Это было так, словно я поглотила все чувства, а затем разлетелась на миллион кусочков. Ривен вошел невероятно глубже, с его губ сорвалось гортанное рычание, когда он излился в меня.

Я рухнула обратно на него, Кай и Атлас были по бокам от нас. Это было прекрасно, этот момент вместе. За исключением одного. Частичка моего сердца отсутствовала. И я волновалась, что, когда Феникс вернется, он уже никогда не будет прежним.

Звук шагов заставил меня оторваться от книги. Атлас, сидевший рядом со мной, насторожился. Ребята не оставляли меня наедине с охранниками с тех пор, как мы узнали, что в ночь нападения на Эйдена кто-то подсыпал им что-то в напитки. Мне просто повезло, что Ривен выпил всего пару глотков и смог услышать мой внутренний зов.

Теперь я всегда была с кем-то из парней или в королевском общежитии. Я не спорила с ними по этому поводу. Не тогда, когда мы все были измотаны и старались изо всех сил.