– Ансель не говорит от имени клана МакКормак. Я говорю. Никто ни черта и не намекнет о твоем сыне, Саймон. Он же Маршалл. Он - часть хребта. Несмотря ни на что.

Вокруг стола послышались одобрительные возгласы. Я почувствовал, как медведь моего отца отступил, и он прислонился спиной к стене. Глаза Саймона потускнели до обычного цвета, и он наконец снова сел на свое место.

– Хорошо, - наконец снова заговорил отец.
– Вы все можете просто поддержать этого придурка. Каждый мужчина здесь думает об одном и том же. Это происходит не просто так. Медведи не болеют просто так. Если только здесь не замешано колдовство.

И он был прав. Как бы мне ни хотелось надеть на старика намордник, он обладал удивительной способностью озвучивать то, что никто другой не хотел говорить.

– Он прав, - из всех людей именно так и сказал Саймон.

Ведьма удерживала Саймона вдали от сына все эти годы. Мы едва избежали войны, чтобы вернуть его обратно.

Джекс опустил голову.

– Я знаю, что мы все об этом думали. Если вскрытие Джеда не приведет к чему-то еще, нам придется признать, что это проклятье.

– Если это проклятье, то есть и лекарство, - сказал я.

– Тебе придется убить эту суку-ведьму, которая его сотворила, - сказал Ансель.
– Кто-нибудь из вас, ребята, думает, что у вас хватит смелости взять это на себя?

– Ансель, заткнись, - приказал я отцу, глядя на него через плечо.
– Черт возьми, мы с тобой согласны, а ты все еще пытаешься затеять драку.

– Тогда нам нужен план, - подытожил Каллен.
– Нам нужно провести разведку. Ближайший анклав Цирцейских ведьм живет в Южном Огайо. Вот откуда взялась ведьма, которая забрала сына Саймона.

– Ты не можешь так вот встретиться с ними лицом к лицу, сынок, - предупредил Ансель.
– Если ты это сделаешь, то дерьмо может вырасти в дерьмище быстрее, чем ты сможешь справиться.

– Я же сказал - разведка, - вздохнул Каллен.
– Я пойду один.

– Нет, - выкрикнул Джекс.
– Каллен, ты не можешь, у тебя теперь есть семья. Это отметает и выбор Саймона.
– Я пойду.

Что-то шевельнулось во мне, и на этот раз это был не мой медведь. Мое зрение, казалось, провалилось в туннель, и мне становилось все труднее различать слова, которые произносил каждый мужчина. Они спорили. Они колотили себя кулаками в грудь и стучали кулаками по столу. Саймон хотел уехать, но его жена была беременна, а маленький сын все еще нуждался в нем. Тревор вызвался сам, но горе из-за Джеда затуманило его рассудок. Когда их голоса стали громче, мой разум успокоился, и я понял, что мне нужно делать.

– Я, - сказал я, вставая из-за стола.
– Это моя задача - поехать туда.

Ансель схватил меня за плечо и надавил изо всех сил. Он попытался силой усадить меня обратно в кресло. Его глаза расширились от страха, когда он увидел мое лицо и мою решимость. Но как только я это сказал, все за столом, казалось, поняли истинность моих слов.

– Я поеду, - пришлось снова повторить.
– Поеду сегодня же вечером. Чем дольше мы ждем, тем большая нам грозит опасность.

– У тебя даже нет никакого гребаного плана, - завопил мой отец.

Я повернулся к нему лицом.

– Ну, я не собираюсь встречаться лицом к лицу с шабашем Цирцейских ведьм, если ты об этом думаешь. Я поеду и посмотрю, может быть, мне удастся что-нибудь выяснить. Нам нужно знать, было ли это спланированное нападение или просто одна из изгнанных.

– Тебе нечего доказывать, сынок!

Мое зрение снова расширилось. Тот факт, что он чувствовал себя вынужденным стоять здесь за моей спиной в середине заседания Совета, говорил всем об обратном. Глаза моего отца прояснились, когда он понял, что я уже принял решение. После этого ему уже нечего было сказать.

Я ушел на рассвете, прихватив с собой только рюкзак со сменой одеждой. Буду путешествовать пешком и охотиться по пути. Я даже не стал ждать, чтобы попрощаться с отцом или с кем-то еще. В этом не было никакой необходимости. Если все пойдет по плану, то через пару дней я вернусь с каким-нибудь советом.

Мне следовало бы знать, когда я уезжал, что ничто больше не пойдет по плану.

Оказывается, ведьм легче учуять, чем других оборотней. Мой отец предупреждал меня, что все было наоборот. Он сказал, что, если ведьма знает, что ты идешь, она знает, как спрятаться, и ты никогда не найдешь ее, пока не окажешься достаточно близко, чтобы получить пинок под зад.

А эта ведьма даже не подозревала, что я приду.

Я оставался в своем медвежьем обличии, пока не добрался до границы парка штата Солт-Форк. Следуя зубчатыми, изогнутыми берегами реки Солт-Форк, я знал, что Цицерийские ведьмы живут недалеко от Кембриджа, штат Огайо, в предгорьях Аппалачей. Много веков назад здесь тоже жили некоторые из оборотней. Уже нет. На самом деле, чем дальше на юг я продвигался, тем больше ощущал отсутствие оборотней в этой дикой местности. Это заставило мои кости похолодеть.