Возвращаясь к своей текущей задаче, я сжимаю его член по всей длине, медленно погружая свой рот вниз по его стволу. Беру его в рот, и стон срывается с его губ, когда он начинает просыпаться.

Рука Рoмана снова в моих волосах, направляющая меня, заставляющая меня давиться членом Эйса, заставляющая мое горло расслабиться.

Подняв голову, я обнаруживаю, что на меня смотрят обе пары глаз. Слова Рoмана подстегивают меня.

— Какое прелестное зрелище, не правда ли, Эйс? Ее маленький распутный ротик так жадно сосет тебя, такая хорошая девочка.

Эйс, задыхаясь, произнес:

— Черт, как хорошо, Солнышко.

Чувствуя, что он близко, я пытаюсь ускорить темп, но моя голова оттягивается назад, вынуждая с хлопком выпустить член.

Рука Рoмана запуталась в моих волосах, заставляя меня сесть на пятки, чтобы следовать за его движением. Эйс тоже садится, так что мы все оказываемся на одном уровне.

— Мы не можем допустить, чтобы он кончил так быстро, правда, мышонок?

Прежде чем у меня появляется шанс ответить Рoману, его губы обрушиваются на губы Эйса, охватывая его в жестоком поцелуе. Я никогда в жизни не была так возбуждена.

Поцелуй прерывается, и они оба поворачиваются ко мне с улыбками на лицах.

На этот раз заговорил Эйс:

— Кот прикусил тебе язык, солнышко?

Мой разум даже не успевает обработать мои слова, когда они слетают с моих губ:

— Это было горячо.

Заставляя их обоих усмехнуться.

— Что ж, рад, что тебе понравилось, мышонок. Потому что прямо сейчас я собираюсь трахнуть тугую задницу Эйса, пока он погружается в твою хорошенькую маленькую киску.

Все, что я могу сделать, это кивнуть, когда Эйс открывает ящик ночного столика и достает бутылочку смазки.

Заставляя меня задуматься, как часто он трахает его задницу, если у них есть смазка наготове.

Слова Эйса вырывают меня из моих мыслей, как будто он знал, о чем я думаю:

— Такое часто случается, Солнышко. Я свитч1, а вот большой и страшный Рoман здесь — полный доминант.

Я это сразу поняла. Откидываясь назад, я прислоняюсь к изголовью кровати, позволяя себе наслаждаться зрелищем.

Эйс…

Наблюдая, как она устраивается, чтобы посмотреть, как Рoман готовит меня, я усмехаюсь. Но прежде чем я успеваю насладиться происходящим, Рoман оказывается у меня за спиной. Его рука обхватывает мое горло.

— Ты готов впустить меня в свою маленькую задницу, пока погружаешься в нашу девочку?

Поворачиваюсь, чтобы поцеловать Рoмана, но отстраняюсь после того, как устроил для нее свое маленькое шоу.

— Я всегда буду готов погрузиться в ее хорошенькую маленькую киску.

Отпуская мое горло, Рoман опускает меня на все четвереньки. Вот же мерзавец. Всегда такой грубый. Швыряет людей, как ему нравится

Раздвигая мои ноги еще шире, он обнажает перед собой еще большую часть меня. Его палец размазывает смазку, прежде чем он начинает дразнить мою сморщенную дырочку.

Он медленно вводит в меня палец, ускоряя темп, когда начинает слышать мое прерывистое дыхание.

Прежде чем я успеваю по-настоящему привыкнуть к его единственному пальцу, в меня вводят другой.

— Черт, я не могу, — мои слова вырываются с придыханием.

Его слова звучат еще резче:

— Ты можешь и ты это сделаешь. Ты делал это раньше. Ты же не хочешь разочаровывать нашу девочку, не так ли? — расслабляюсь ради него, и его пальцы набирают темп, ударяя по моему чувствительному месту.

Пальцы Романа быстро исчезают, и он заменяет их кончиком своего члена. Медленно погружаясь в меня. В какой момент он освободил свой член, я понятия не имею.

Поднимая глаза, я замечаю, как Мэдди раздевается, готовясь принять меня.

— Маленький мышонок, лезь под Эйса, чтобы он мог погрузиться в тебя, прежде чем я начну засовывать свой член в его узкую маленькую дырочку.

Она двигается со скоростью молнии, залезая под меня.

Все еще держась на ногах, она помогает мне рукой ввести мой член в свою киску.

Когда я полностью погружаюсь в нее, клянусь, в глазах у меня почти темнеет от всех этих ощущений.

Ее стон привлекает мои глаза к ней. Наклоняюсь, чтобы накрыть ее рот своим и атакую в голодном поцелуе.

Но как только все начинает накаляться, Рoман толкается в меня, заставляя входить в Мэдди.

Она задыхается, пока я пытаюсь отдышаться.

Рoман не сдается, хотя и грубо хватает меня за бедра, сохраняя ритмичный темп.

Каждый раз, когда он входит в меня, это заставляет входить в нее.