Помогая мне выйти из машины, Эйс снимает повязку с моих глаз.

Мое зрение пытается приспособиться к окружению.

Когда мои глаза привыкают, в поле зрения появляется школа, освещенная уличными фонарями.

— Знаешь, когда я услышала, что мы собираемся куда-то пойти, я подумала поужинать, понимаешь. Не возвращаться же в школу после занятий. Тебе еще не надоело это место? Почему мы здесь?

Улыбающееся лицо Эйса появляется передо мной, когда он говорит:

— Вот увидишь. Это сюрприз, — его рука размахивает ключами перед моим лицом.

— Ты же знаешь, что это взлом с проникновением, верно?

Он усмехается, снова поднимая ключи.

— Не тогда, когда у меня есть ключи, глупышка, к тому же это, вероятно, самое невинное нарушение закона, которое мы когда-либо совершали. Так что это не считается.

Поднимаю руку, чтобы помассировать висок, и в моих словах слышится нетерпение.

— Это не… сам знаешь что, неважно. Как ты вообще раздобыл ключи?

Мы все начинаем идти, направляясь к школе, когда он заговаривает.

— Да, я дружу с уборщиком.

Качая головой, он открывает боковую дверь, придерживая ее для нас, когда мы проходим мимо.

Пройдя дальше по коридору, я поворачиваюсь, адресуя свой вопрос им обоим.

— Так зачем мы здесь? — спрашиваю я.

Эйс смотрит на Рoмана, когда тот говорит.

— Не хочешь объяснить, горячая штучка?

Качая головой с приклеенной к лицу ухмылкой, Рoман повторяет свои слова, адресованные мне.

— Что ж, мышонок, было бы справедливо отпраздновать нашу годовщину игрой, в которую мы играли в ту ночь, когда сделали тебя своей. Итак, игра называется «ты водишь». У тебя есть пятнадцать секунд, чтобы убежать, прежде чем мы пойдем за тобой, вдобавок к этому у тебя теперь есть вещи, за которыми ты можешь спрятаться, если захочешь. Это единственное преимущество, которое ты получишь. Отсчет начинается прямо сейчас.

Бодрый голос Эйса эхом отдается на заднем плане.

— Одна Миссисипи, две Миссисипи, Три…

И с этими словами я бросаюсь бежать, мой адреналин уже взлетает до небес при мысли о том, что они меня поймают.

Бегу по коридору, пытаюсь открыть несколько дверей, которые, оказывается, заперты.

Заставляя мою панику расти из-за того, что мне негде спрятаться.

Завернув за угол, я захожу в несколько других дверей, прежде чем вернуться обратно.

Видя, что кладовка со скрипом открывается, я проскальзываю внутрь и тихо закрываю ее перед собой.

В маленьком помещении царит кромешная тьма, я слышу стук боевых ботинок Эйса по полу, я слышу, как он приближается.

Только вместо того, чтобы открыть дверь, он проходит прямо мимо моего дыхания, которое я задерживала, высвобождаясь, когда я шепчу свои слова.

— Спасибо, черт возьми.

Только я заговорила слишком рано, потому что слова, пропитанные жаждой, доносятся из-за моей спины.

— Тебе пока не стоит никого благодарить, мышонок.

С испуганным криком я вздрагиваю, распахиваю дверь и бегу.

Как, черт возьми, он туда попал?

Мне следовало бы сообразить, что при открытой двери это было слишком просто.

Пробегая по другому коридору, я направляюсь к классу профессора Адамса и пытаюсь открыть дверь.

Мне нужно спрятаться за столом или еще за чем-нибудь.

Учительский стол слишком заметен. Может быть, я спрячусь за одним из маленьких рядов. Пригнувшись, я начинаю заползать под него, подтягивая к себе один из стульев, чтобы прикрыться.

Как раз в тот момент, когда я слышу, как дверь, которую я только что закрыла, снова открывается, раздаются две пары шагов.

Они оба намеренно говорят так громко, чтобы дать мне понять, что знают, что я здесь.

— Марко! — Кричит Эйс.

Он действительно играет в Марко Поло прямо сейчас? Он гребаный псих.

Улыбаясь, я качаю головой, отвечая ему.

— Мы не играем в Марко Поло.

— Почему бы и нет, а еще лучше, как насчет горячего или холодного? Скажи мне, чем ближе я подхожу, тем теплее.

Зная, что я и так выдала слишком много, я держу рот на замке, ожидая, когда они придут искать меня.

— Теплее, холоднее, давай. Ты должна ответить мне сейчас.

Прежде чем у меня появится время даже мысленно посмеяться над его выходками. Стул, который когда-то прикрывал меня, передвигают, мое тело вытаскивают из моего укрытия.

— Горячо. — Говорит Рoман, прижимая мое тело к своему.

Пытаясь пошевелиться в его руках, я вижу, что мне некуда деться. Поэтому я кусаюсь.

Мои зубы шокируют его, позволяя его хватке ослабнуть. Вырываясь из его рук, я бегу к двери. Только когда я почти добираюсь до выхода, тело Эйса загораживает его, заставляя меня оглянуться и увидеть римлянина хищного вида, направляющегося в мою сторону.