Иосифу приснился ещё один сон, который он тоже рассказал отцу и братьям:

– Послушайте, что мне приснилось ещё. Солнце, луна и одиннадцать звёзд поклонились мне.

Это не понравилось даже отцу, который сказал Иосифу:

– Что это за сны тебе снятся? Неужели когда-нибудь я, моя жена и твои братья будем кланяться тебе?

Но отец решил, что неизвестно, что означает этот сон, и потому просто запомнил всё это. Братья же сердились на Иосифа всё больше и больше и даже думали: «Извести бы Иосифа совсем». Это была ужасная мысль.

Однажды, когда братья Иосифа были в поле при стадах, отец сказал ему:

– Иосиф, сходи к братьям, посмотри, что они делают, как поживают, а потом приди и расскажи мне.

Иосиф тотчас надел свою красивую одежду и пошёл.

Братья издали увидели Иосифа и стали переговариваться:

– Посмотрите, вот идёт наш сновидец! Когда он подойдёт, давайте схватим его, убьём и бросим в яму, а дома скажем, что его растерзал дикий зверь.

Но старший брат Рувим был добрее других и не согласился на это. Он сказал:

– Нет, давайте не будем убивать его. Недалеко отсюда есть глубокий ров. Может быть, бросим его туда?

– Хорошо, – сказали остальные братья, – поступим так.

Но я открою вам секрет. Добрый Рувим думал про себя: «Когда они бросят Иосифа в яму, я тайком проберусь туда, вытащу его и отпущу домой к отцу. А то старый отец умрёт от горя, если потеряет своего Иосифа».

Когда Иосиф подошёл к своим братьям, его тут же схватили, сорвали с него красивую одежду и бросили бедняжку в ров. Иосиф умолял братьев пощадить его, кричал и плакал, но ничто не помогло – его бросили.

Потом братья отошли от рва, сели и начали есть.

Братья продают Иосифа в рабство.

Бытие. Глава 37:18–28

В это время показалась толпа купцов, ехавших на своих верблюдах с товарами в Египет. Тогда один из братьев, его звали Иуда, сказал:

– Давайте не будем лишать жизни Иосифа, ведь он всё-таки наш брат. Да и какая нам польза от того, что мы убьём его. Лучше продадим его этим купцам и получим деньги.

Остальные братья согласились с Иудой. Они бросились ко рву, вытащили Иосифа и продали его иностранным купцам. Получили они за него двадцать сребреников.

Подумайте, дети! Продали своего родного брата! О, как это скверно!

Иностранные купцы взяли Иосифа с собой в Египет. Жалко было смотреть на него, бедного, когда он отправился вместе с совершенно чужими людьми.

Вы бы, я думаю, и сами заплакали, если бы видели, как плакал Иосиф, как он оглядывался назад, думая о своём добром отце, который сидел дома и ничего не знал о том, что случилось с его любимцем.

Рувим и не подозревал, что злые братья продали Иосифа. Пока братья сидели за едой, он тайком ушёл, сделал большой обход и наконец подошёл ко рву, чтобы вытащить Иосифа. Заглянул туда, но Иосифа там уже не было. Рувим закричал:

– Иосиф! Иосиф!

Никто не отвечал ему. От горя и страха Рувим рвал на себе одежды, плакал и, рыдая, говорил:

– Мальчика там уже нет! Что мне теперь делать?

Братья же принялись обдумывать, как обмануть старого Иакова, чтобы тот не подумал, что они куда-то дели или убили Иосифа. Послушайте только, что они сделали! Это ужасно!

Они зарезали козла, в его крови запачкали одежду Иосифа и разорвали её.

Окровавленную одежду послали к отцу и велели слугам сказать ему:

– Эту одежду мы нашли в поле. Посмотри, не твоего ли она сына Иосифа?

Иаков сразу же узнал одежду своего сына и воскликнул:

– Да, это одежда сына моего Иосифа. Дикий зверь растерзал его!

И старый отец разорвал от горя одежды свои, оделся, в знак печали, в лохмотья и скорбел [сильно горевал] и долго-долго плакал по своему Иосифу.

Бедный отец! Если бы он знал всё! Сыновья и дочери успокаивали его, старались утешить, но он всё время тосковал и говорил:

– Теперь я тоже скоро умру! С печалью сойду в могилу к моему Иосифу!

Вам жаль, разумеется, бедного Иакова. Не правда ли, дети?

Прибыв с Иосифом в Египет, купцы продали его снова. Его купил царский министр, которого звали Пентефрием. У Пентефрия Иосиф должен был служить как раб и делать в доме всё, что ему прикажут. Все работы, поручавшиеся ему, Иосиф исполнял как следует, был очень прилежен и услужлив. Это нравилось Пентефрию, и он вскоре полюбил Иосифа. Через некоторое время Пентефрий назначил Иосифа смотрителем всего дома. Обо всём, что нужно было сделать и купить, заботился Иосиф, и Пентефрий не вмешивался решительно ни во что; ему оставалось только есть и пить.