Шрифт:
Но было поздно — ожившие полутрупы, как саранча, штурмовали вагоны, равнодушные к смертоносному встречному огню.
44
Вашингтон, Белый Дом.
08.45 по вашингтонскому времени.
— У них нет никакого парапсихологического оружия, сэр.
— Но они же отключили всю связь в Кремле!
— В кабинете Стрижа, — уточнил адмирал Риктон. — Это стоило им всего три миллиона долларов. Они просто купили секретаря Стрижа.
Президент изумленно посмотрел на Риктона.
— Откуда вы знаете?
— Сэр, после дела Полларда нам пришлось принять контрмеры. Теперь в Израиле у нас есть свои источники информации. Но я не думаю, что вам нужно знать об этом подробней. Извините, сэр.
— Хорошо. А как они отключили советские радары на Дальнем Востоке?
— Со своего спутника и с «Аваксов». Космической системой «Сабра». Мы ее у них уже купили…
— Значит… значит, вся эта операция была аферой? Блефом?
— Если хотите, можете и так формулировать, сэр.
— А как вы формулируете?
Джон Риктон уклончиво повел головой:
— В свое время Рейган высадил десант в Гренаду и спас двенадцать сотен американских граждан. А израильтяне спасают сейчас два миллиона…
— Сравнили! — перебил Президент. — Гренада и Советский Союз! Этой акцией Израиль ставил нас перед угрозой ядерной атаки!
— Эта угроза есть всегда, сэр. Или вы забыли кубинский кризис? Если бы какая-нибудь русская сволочь сбила вертолет вашего сына или любой другой, я бы в ответ потопил русское судно. И — понеслась!
— Подождите, адмирал… — вдруг сказал Президент. — Вы говорите, что у вас есть в Израиле свои источники информации. Значит, вы знали о том, что они готовят в Москве, а меня не информировали?!
— Нет, сэр, я не знал, — Риктон твердо взглянул Президенту в глаза. — Но если этого простого заявления вам недостаточно, я могу подать в отставку.
В короткой паузе Президент рассматривал Джона Риктона. Адмирал не то, чтобы постарел, а словно еще больше усох за последние месяцы. Однако амбиции и самолюбие — те же, если не больше.
— Хорошо, я объясню… — явно преодолевая себя, сказал Риктон. — Я получил информацию об этой операции в тот момент, что и Пентагон. Когда израильские истребители уже взлетали с острова Хоккайдо.
— Это не были израильские истребители, — сухо перебил Президент.
— Совершенно верно, сэр. Переброску военных «Фантомов» в Японию израильтяне не смогли бы скрыть. Поэтому они арендовали точно такие же, нашего производства «Фантомы» у японцев и вместо японского полумесяца нарисовали свои шестиконечные звезды. Не Бог весть какой трюк, но иногда самые простые трюки работают лучше всего.
— Значит, два наших союзника — Япония и Израиль — втайне от нас готовят крупнейшую военную операцию, а вы… Вы знали об этом?
— Я уже сказал, сэр. Я узнал об этой операции лишь в момент ее старта. То есть, когда уже ничего нельзя было изменить. Только ждать и молиться. Но даже в этом ожидании у меня была своя цель. Потому что вся операция израильтян это своеобразный тест. Ведь весь их расчет был построен на психологии антисемитизма. Обратите внимание: никто, кроме религиозных евреев и антисемитов, не муссирует тему избранности еврейского народа. Таким образом, антисемиты как бы признают эту избранность, хотя и оспаривает ее. Ведь нельзя же всерьез спорить с тем, чего не существует. Но признание избранности евреев логически означает веру в их союз с Богом и, следовательно, веру в десять казней египетских. Таким образом, антисемиты психически всегда находятся в «ловушке-22», и даже Стриж и Митрохин в эту ловушку попались. Конечно, часто ставить такие ловушки нельзя, но позаимствовать методику можно. Я понимаю, сэр, что, если вас не удовлетворят мои объяснения, я должен буду подать в отставку. Хотя бы за то, что, оказывается, мой израильский источник информации, по видимому, контролируется Бэролом Леви. Но другого у меня нет. Официальную информацию о своей операции генерал Леви прислал нам еще позже. Однако, в одном я все-таки этого Леви переиграл. Я знаю, где он сейчас находится.
— Где же?
Адмирал Риктон взглянул на часы.
— Начальник израильской разведки Бэрол Леви находится сейчас в Пекине, на вилле Председателя коммунистической партии Китая.
— Что-о?!.
— Сэр, именно поэтому я попросил вас принять меня за пятнадцать минут до вашего утреннего брифинга с администрацией. Я понимаю, что на этом брифинге вы собираетесь обсуждать наши отношения с Израилем и Японией в свете их дальневосточной акции. Но мне кажется, что сегодня есть более важная тема. Согласно моим китайским информаторам, на встрече начальника «Мосада» Бэрола Леви с китайским Председателем присутствуют сейчас начальник генштаба китайской армии и начальник их армейской разведки. Извините, но запомнить их фамилии выше моих возможностей, — адмирал умолк.
— И? — нетерпеливо спросил Президент.
— Это все, что я вам могу доложить, сэр.
— Но о чем они говорят?
— Сэр, если парапсихологического оружия нет у израильтян, то у нас его нет тем более. Совещание Леви с китайцами началось ровно четыре минуты назад и, я думаю, они еще вообще ни о чем не говорят, а по китайской традиции просто пьют чай…
Президент встал. Этот старик Риктон положительно начинает его раздражать. До начала брифинга осталось восемь минут — то есть, семь минут ушло у Риктона только на то, чтобы подойти к сути.