Сейчас даже доза никотина не спасала мой разум, с каждым разом я затягивалась сильнее, в попытке поймать минуту спокойствия, но все было напрасно. Мои органы и кости горели и жгли, внутренняя борьба с самим собой сложная задача. У меня нет видимых причин ненавидеть и избегать Мэйсона, но голос разума тысячу раз прокричал «НЕТ!».

Внутри меня творился полный бардак, какое-то безумие, что все мои правильные мысли затмевались непонятно откуда взявшимися чувствами.

Чтобы я не говорила Анне и как бы не врала самой себе, я как маленький мотылек лечу на яркий свет голубых глаз, но так боюсь обжечься и потухнуть, поэтому при любой возможности замедляюсь. Я всегда держусь стеной и не подпускаю к себе, потому что когда тебе все детство твердят, что ты полное ничтожество, каждую твою мысль и слово обливают грязью и плюют в душу, ты принимаешь решение, что никогда больше не откроешься и не подпустишь близко, так ты чувствуешь уверенность, что тебе не сделают больно… Я как пуленепробиваемый жилет, сколько бы пуль боли и предательства не получала, все равно не дам дойти до нужной цели. Выработалась прекрасная привычка, не пропускать это через себя, а обходить стороной, уворачиваться и вроде бы сердце говорит, что мы можем поверить его словам, ведь за последние дни Мэйсон так много раз оказывался рядом, помогал, защищал и заботился, но рассудок вечная противоположность твердящая.

«Ты уверена, что хочешь открыть свое сердце и душу? Ведь мы уже пытались и ничего хорошего не вышло».

И мой выбор очевиден, потому та маленькая девочка, которая так тянулась к своему любимому и родному папе, пытаясь заслужить его внимание и любовь, была отвергнута…

Теплая куртка соседа согревала меня, что я даже забыла как было прохладно, когда вышла из дома. Затушив недокуренную сигарету, я выбросила ее в уличную урну и решила что пора вернуться. В доме царила атмосфера тепла и веселья. Девочки расселись на мягком ковре у камина и играли в одну из настольных игр, которые Анна привезла из дома. Парни на кухне занимались мясом, пообещав приготовить самые вкусные стейки. Анна конечно же не удержалась от возможности съязвить Максу, а тот в такой же манере не уступая поддразнивал ее. Между ними летали искры, но подруга отрицала видимое. Андреа с Анджелой еще не спускались после произошедшего, но без них было даже лучше, не присутствовало неловкое напряжение.

– Давайте переместимся на улицу, я разожгу костер и сделаем стейки. А потом… – предложил Макс, пока его не перебила Анна подскакивая с пола.

– Бассейн? – радостно улыбалась подруга.

– Вообще я хотел предложить закинуться пивом и посмотреть какой-нибудь фильм, но

– Но бассейн, Макс! – Анна сложила руки на груди, сверля его взглядом. – Все ведь хотят, да? – подруга посмотрела на остальных, в надежде что они поддержат ее идею.

– Я за, можно после ужина сходить в сауну, – поддержку оказала Джулия, но мне почему показалось что идея с купанием ей не сильно понравилась.

– Конечно все согласны! – выступила вперед Эмма. – Мы ведь не зря тащили сюда свои купальники, – она прошла по паркету, не забыв при этом игриво, даже слишком вульгарно покрутить бедрами. Но ее фокусы никто не оценил, только Макс, усмехаясь, закатил глаза.

– А ты свой купальник мне покажешь? – все его внимание было прикована в этот вечер к Анне. – Я ведь заслужил! – Макс снова обнял ее за плечи в попытке быть ближе, но та, как всегда, с недовольным взглядом пробурчала что-то себе под нос.

Все дружно одевшись в верхнюю одежду и взяв все для ужина на природе выбрались на улице. Мы с Анной и Джулией накрывали деревянный стол на веранде, постелив белую скатерть и разложив приборы. Мы принесли красивую посуду и бокалы для вина. Эмма увы была не помощница и все кружилась вокруг парней, стараясь быть как можно ближе к Мэйсу. Но он не замечал ее легких как будто случайных касаний. Он был занят стейком на гриле и в данный момент его интересовал только кусок мясо на огне и почему-то от этого мне стало так приятно и тепло внутри. Закрадывалось предчувствие, что его слова все же могли быть правдой…

– Не понимаю чего она добивается, Ривера не будет с ней. Она глупая, а он не переносит таких девушек, – я повернула голову на услышанные слова Джулии.

– Согласна с тобой! – Анна поддержала ее, смотря в сторону Эммы.

– Но они ведь были вместе какое-то время, – пожимая плечами произнесла я.

– Нет Стеф, они не встречались, – помешивая салат из овощей с множеством разной зелени, ответила Джу. – Они просто трахались, точнее Эмма позволяла это делать с собой и верила что это сможет перерасти в серьезные отношения, – она посмотрела в сторону, где парни все еще занимались приготовлением, а та что верила в невозможное, без устали болтала и смеялась.

Вот она легко касается ладонью Мэйса, но тот резко выдергивает свою руку как обожженную, сильно сжимает челюсть от напряжения. Видно как он держит себя в руках чтобы не наговорить брюнетке неприятных слов, но та упертая и не сдает позиций. Эмма подходит вплотную и что-то шепчет ему на ухо.

– Стефания, а что куртка Риверы делает на тебе? – Анна отвлекает меня и я не успеваю увидеть что происходит дальше.

– Я вышла на улицу раздетой, и он отдал свою, – отвечаю на автомате не задумываясь.

Точно… про куртку, совсем забыла, что все это время я была в ней. Мне не хотелось снимать его вещь. В ней было безумно комфортно и чувство безопасности не хотело покидать меня.

– Но ты права, нужно ее вернуть, – встаю с деревянного стула и иду к зоне барбекю. Когда я почти подхожу к ребятам меня замечает Эмма и специально приближается к Ривере.

– Держи, я возьму свою, – снимая куртку с себя, обращаюсь к соседу и он, поворачиваясь, встречается со мной взглядом.

– Ты можешь оставить, – произносит низким голосом, оглядывая меня с ног до головы. – Тебе она идет.