Об этом выдающемся знамении рассказал и Гомер: знаменье ахейцам явилось великое: с красной спиною змей ужасающий, на свет самим изведенный Зевесом, из-под алтарных камней появившись, пополз по платану. Там находились птенцы воробья, несмышленые пташки, на суку, в зеленеющих скрытые листьях, восемь числом, а девятая мать, что этих птенцов породила. Жалобно пищавших птенцов одного за другим поглотил он, мать вокруг дракона металась, о милых печалуясь детях. Вверх он взвился и схватил за крыло горевавшую птичку. После того, как пожрал он птенцов воробьиных и мать их, сделало смысл появленья его божество очевидным: сын хитроумного Крона тотчас превратил его в камень. Все ахейцы, в безмолвии стоя, дивились тому, что случилось: вышло на свет ведь при жертве ужасное чудище божье. Тотчас тогда, прорицая, Калхас обратился к ахейцам:

– Длинноволосых ахейцев сыны, отчего все вы молчите? Знаменьем этим событье являет нам Зевс Промыслитель, – много позднее, с поздним концом, но которого слава не сгинет. Так же, как змей этот сожрал и птенцов воробьиных, и мать их, – восемь числом, а девятую мать, что птенцов породила, – столько же будут годов тяжко воевать и ахейцы под Троей. Однако, город широкоуличный этот, все же обязательно возьмут на десятом потому, что, как камень, неподвижно застыла змея.

Так тогда за 10 лет до падения Трои Калхант торжественно и уверенно говорил. Воины, узнав о том какой длительной будет война, стали еще тщательней готовиться к отплытию в Трою. Сам Агамемнон, прекрасный организатор, руководил всеми войсками, корабли собирался вести храбрейший герой Ахиллес, которому в это время исполнилось, по мнению большинства писателей, только пятнадцать или шестнадцать лет.

Не зная морского пути в Трою, ахейские корабли по ошибке пристали к берегам Телефа в Тевфрании (Мисии) на северо – западной части полуострова Малая Азия.

Некоторые, подобно Эратосфену, считают, что было это в 1194г. до н.э., и этот год можно считать началом десятилетней Троянской войны.

Царем мисийцев был в это время Телеф, сын знаменитейшего героя – истребителя чудовищ Геракла от дочери царя аркадской Тегеи Алея Авги. Телеф в поисках матери, согласно полученному оракулу, прибыл в Мисию, где помог тамошнему царю в его борьбе с могучим Афареидом Идасом, и после победы царь Тевфран отдал Гераклиду в жены свою дочь Аргиопу и объявил своим наследником.

Ахейцы, приняв эту страну за Трою, стали ее опустошать, что казалось не трудным, имея большое превосходство в военной силе. Однако в Тефрании ахейцы натолкнулись на упорное сопротивление.

Филострат в эпиграмме «На изображение раненного Телефа» говорит, что Телеф – предводитель тевфранцев, не ведавший страха, грозные греков войска большой кровью в бою обагрил. Даже воды мисийского Каика окрасились кровью убитых. Он же, достойный копье в битве с самим Пелидом скрестить, ныне, в бедро пораженный, скрывая мученья, не дышит, но, как живая, вокруг раны натянута плоть. И пред поверженным, в страхе, смятенные духом ахейцы все поспешают отплыть прочь от тевфранских брегов.

Пиндар же в «Олимпийских одах» поет, что вслед Атридам на Тефранских полях единственных, кто не покинул Ахилла, был его возлюбленный друг сын Менетия. Когда мощных данаев поворотил и отбросил Телеф к соленым корабельным бортам, с ним остался Патрокл. Не с той ли поры сын могучий Фетиды указал ему быть в строю под губительным Аресом там, где его копье, смиряющее смертных.

В «Истмийских песнях» Пиндар поет про молодую доблесть Ахилла, как он обрызгал лозы мисийских равнин кровью черной пагубы Телефа. Могучий Пелид вымостил Атридам победный возврат, своим знаменитым копьем подсек жилы тех, кто шел на него, по равнине вздымавшего боевой труд.

Павсаний же так рассказывает о смелом нападении Телефа на эллинов, прибывших с Агамемноном, когда они, не найдя дорогу к Илиону, стали грабить Мисийскую равнину, приняв ее за троянскую землю. Телеф вооружил мисийцев и преследовал эллинов до самой стоянки их кораблей. Сын Авги и Геракла перебил многих, и среди них оказался и один из героев, принимавших участие в походе Эпигонов Ферсандр, сын Полиника, остановившийся во время отступления. Тогда могучий Ахиллес выступил против Телефа, и тот, не устояв, побежал. Убегая от быстроногого Ахиллеса, Телеф запутался в побегах виноградной лозы и был ранен в бедро копьем Пелида. Это было то самое знаменитое копье, которое мудрый Хирон подарил на свадьбу отцу Ахилла Пелею, а тот вручил сыну, провожая его на войну. Никто кроме Ахилла не мог далеко метнуть это копье, названное Пелионом. И вот Телеф был ранен Ахиллом именно этим копьем и тяжко страдал от раны, которая не заживала.

Опустошив Тевфранию, греческие рати погрузились на корабли и вскоре оказались в своих родных землях, а не в Илионе, который находился совсем рядом с Тефранией. Это вызывает удивление, даже несмотря на то, что ахейцы по-прежнему не знали точной дороги не только к древним стенам Пергама, но и на большой полуостров Троаду, находившийся на северо-западе Малой Азии. Тевфрания была южной полоской, а Троада – северо – западным регионом Мисии, и эллинам надо было лишь чуть продвинуться на север, чтобы добраться до желанной Троады. Приходится довольствоваться объяснением столь странного поведения греков, данным Аполлодором.

Согласно Аполлодору, покинув Мисию, эллины вышли в открытое море, но началась сильнейшая буря, и они, оторвавшись друг от друга, поплыли порознь и причалили каждый к своим родным берегам. Так как эллины вернулись, то считается, что война длилась двадцать лет: ведь после похищения Елены эллины лишь на второй год закончили свои приготовления к походу против Трои, а после их возвращения из Мисии в Элладу прошло восемь лет, пока они вновь не собрались в Аргосе и опять прибыли для повторного сбора в Авлиду. После того как греческие войска вновь собрались в конелюбивом Аргосе, по истечении указанных восьми лет они оказались перед великой трудностью, мешавшей им отплыть: у них не было надежного проводника, который был бы в состоянии указать им кратчайший морской путь в Трою.