– Серьёзно? – удивилась я.

«Шучу. Просто маги иногда пользовались способностями защитников переносить тяжести. Садись сверху и пригнись к спине».

Мех у Марти оказался мягким и достаточно длинным, чтобы удобно за него держаться. Он ещё и тёпленький был. Я с удовольствием распласталась на спине якобы мёртвого оборотня и прижалась щекой к загривку. С ним, наверное, и спать рядом комфортно.

«Конечно», – подслушал мои мысли Марти и громко заурчал.

Он потихоньку потрусил вперёд, продолжая посвящать меня в нюансы владения такой уникальной сущностью, как защитник. Вес переносимых тяжестей практически не был ограничен. Тут как получится: увязать или сложить на спине. Главное, чтобы под ногами груз не мешался. А там уж кот его утащит. Мало того, когда он уходит в подпространство, то где-то там может оставлять груз. Правда возвращаться за вещами придётся в то же самое место, но функция полезная. Пока я не придумала за чем именно. Разве что помочь оборотням с транспортировкой коры или ещё чего-то нужного.

«Пришли», – отвлёк меня Марти от прикидок, как использовать грузоподъёмность защитника.

М-да… Темно, между прочим.

– Ты сам-то видишь хоть что-то? – задала вопрос.

«А ты нет? Мне кажется, откуда-то падает свет».

Спустившись со спины кота, я поняла, что конкретно в этом месте темнота немного рассеялась за счёт слабого света, идущего сверху. Но если я в другом мире, то подобного быть не может. Или я ошибаюсь? Вдруг проход существует?

– Эта та дыра, через которую я провалилась?

«Выйдем наружу?» – задал Марти про между прочим вопрос, словно гулять по мирам это обычное дело.

– Как это выйдем?

За последние сутки я уже убедила себя, что я попаданка. А тут, оказывается, есть выход! С другой стороны, через отверстие действительно проникает свет. Пусть это не мой мир, но проход ведёт наружу, и нужно узнать куда именно.

– Подсади-ка, – обратилась к коту, пощупав рукой земляной склон и корни деревьев.

Марти начал подпихивать меня под мою пятую точку, но я раз за разом срывалась вниз.

«Не спеши, успеем», – уговаривал меня оборотень.

– Давай ты первый, а меня, как котёнка, за шкирку вытащишь, – выдвинула предложение.

«Увы, котёнок, – хмыкнул Марти, – это ты у нас маг, ходящий между мирами, я не пройду».

– Тогда углуби лапами в стене нишу. Я попробую на ней закрепиться.

Метра четыре вверх по земляному склону я преодолевала не менее часа, но осилила. На последнем участке вытолкнула себя силой воли, хватаясь за грунт и траву буквально зубами. Ожидаемо, когда выбралась, напоминала свежевыкопанный труп. Вся перемазанная в земле, на голове воронье гнездо, маникюр тоже больше годился для иллюстрации зомби апокалипсиса.

Но всё это вторично по сравнению с тем, что я видела. А наблюдала я родной мир, дома новостройки, ту же тропинку и нехоженую парковую зону.

– Марти, всё получилось! Получилось!

«Ты, главное, пометь как-то место перехода», – проворчал кот, высовывая морду из отверстия.

– Сейчас веточки воткну. Никто другой не использует проход? – отчего-то заволновалась я.

«Если только владеет магией», – ответил защитник.

Тут до меня дошло, что, по идее, его здесь не должно быть.

– И как ты прошёл? – не поняла я.

«Я не проходил, а воплотился рядом с тобой, – ответил Марти и уточнил: – Здесь раннее утро?»

– Утро, – кивнула я и тут же сообразила, что белая зверюга, размером превышающая амурского тигра, пусть и не в центре города… но всё равно в местах населённых, потрясёт многих неподготовленных к этому зрелищу людей.

– Прячься, пока тебя не увидели, – скомандовала я.

*С сосны осторожно соскребали верхний слой коры, оставляя нижний, светло-коричневый, которой затем разрезали роговым скребком вдоль дерева, предварительно сделав два кольцеобразных надреза вокруг ствола на расстоянии около метра один от другого, и затем снимали длинные узкие полосы коры, вернее новый образовавшийся слой древесины. Полосы коры сушили дома в горячей печи, чтобы устранить горьковатый смолистый привкус.

После полного высыхания заболонь слегка обжаривается с двух сторон в печи или в духовке на медленном огне. Лучше всего обжаривать ее большими кусками – меньше риска пережога, отчего меняются вкусовые качества. Обжарка идёт до светло-коричневого цвета. В том случае, если пережарить (до темно-коричневого цвета), вкус хлеба станет более горьким.

Слышать кота, находящегося в каком-то непонятном подпространстве, я не могла, зато он реагировал на мои слова. В случае чего, сразу придёт на помощь. Она на данный момент не требовалась. Мне бы незаметно до дома дойти так, чтобы прохожие полицию или скорую не вызвали.

Шла я как партизан в тылу врага, замирая при появлении встречных людей. На перекрёстке немного задержалась и поймала на себе много недоуменных взглядов со стороны пассажиров проезжающего мимо автобуса. Кто-то даже телефоны стал доставать, чтобы запечатлеть грязную бомжиху на видео. Но домой я всё же добралась, никем не остановленная. Хорошо, что ключи были с собой. Денег, что остались в саквояже жалко не было. У меня дома карточка имелась.

Марти воплотился уже в прихожей и стал исследовать помещения, обнюхивая углы так внимательно, что я забеспокоилась. Как бы он не решил пометить территорию. Потом сообразила, что защитник у меня существо разумное, и заметалась по квартире как ужаленная. Вначале чайник включила, тут же схватила зубами упаковку сосисок. С ними ринулась в ванную набрать воды, заодно вымыла руки и лицо.