Я больше не та девушка.

Допиваю остатки кофе, решая, что пришло время проявить себя здесь и сейчас. Какой я консультант? Кем я хочу стать для этих детей? Ни для кого не секрет — согласно моему личному делу, — что в юности у меня были проблемы. Именно тогда, когда мне помог неравнодушный человек из этой области, я решила стремиться делать то же самое — помогать другим детям встать на правильный путь.

Но, как только что доказал Рэндалл, достучаться до подростков будет непросто. Они теперь выглядят слишком маленькими… и более рассеянными. Конечно, их эгоцентризм не изменился. Думают, что мир принадлежит им.

Может, мне стоит разрешить им называть меня мисс Эллис, или просто Эллис, или мисс Э. Типа, как классного, на одной волне с детьми, директора, которого называют просто мистер Ди. Нет, это плохая идея. Учитывая мой возраст и тот факт, что я выгляжу моложе своих двадцати четырех лет, мне нужно постараться завоевать как можно больше уважения и авторитета в своей должности.

Раздается стук в дверь, и я приглашаю войти. Я удовлетворена своей вновь обретенной уверенностью и готова погрузиться в расследование дела Картера… до тех пор, пока сам дьявол не входит в мой кабинет.

Вся решимость улетучивается, как струйка дыма во время ливня.

Воздух вырывается из моих легких. У меня перехватывает дыхание из-за спазма в горле.

Все пять чувств одновременно улавливают его присутствие. Взгляд его знакомых, пугающе голубых глаз, выделяющихся на фоне черно-красной униформы. Темные волосы, растрепавшиеся в беспорядке. Я до сих пор помню, как эти мягкие волосы проскальзывали между моими пальцами… Рельефные мышцы, выделяющиеся на фоне его белой рубашки. Она закатана чуть ниже локтей, обнажая мускулистые предплечья.

Из всех чувств обоняние — самое мощное. Оно пробуждает дремлющие воспоминания о прошлом. Вызывает сильные, интуитивные эмоции. Заставляет врасплох. Хватает за горло и перекрывает дыхательные пути… заставляя задыхаться.

Когда моему телу, наконец, требуется воздух, и я делаю вдох, меня окутывает насыщенный океанский аромат его одеколона. Острая боль пронзает мою грудную клетку, словно раскаленное железо. Мои ноздри раздуваются, когда я борюсь с резью в глазах. Сердце бешено колотится в груди.

Я хватаюсь за край стола, заставляя себя оставаться на месте. Но моим глазам не так-то легко подчиниться. Они исследуют каждый дюйм его тела и останавливаются на губах. Я все еще чувствую их вкус…

— Мисс Монтгомери? С вами все в порядке?

Я с трудом сглатываю. Его голос отчетливый, но другой вырывает меня из мучительного прошлого и возвращает в настоящее. Это не он. Это невозможно. Я качаю головой.

— Да. Извини. Ты просто выглядишь… — я выдыхаю. — Ничего. Присаживайся.

Его губы медленно расплываются в дьявольской ухмылке.

— Я всегда произвожу такой эффект на женщин.

По моей коже пробегают мурашки. Его энергия живая и реальная, она пронизывает каждую молекулу в этой комнате. Я чувствую, как на меня давит… эта агрессивная сила, разрывающая изнутри.

Картер Хенсли — это темная энергия, разрывающая мою вселенную по швам.

Глава 2. Потребление

Эллис

Прошло почти восемь лет, но призрак из моего прошлого наконец-то появился, чтобы мучить меня в образе красивого мальчика с бледно-голубыми глазами и греховными губами.

Противоречивые эмоции борются во мне, разрывая надвое. Часть меня хочет прикоснуться к нему, почувствовать, что он реален. Другая часть кричит, что нужно бежать, оставить позади Блэк Маунтин и все ядовитые воспоминания о прошлом.

Я беру себя в руки настолько, чтобы сформулировать предложение.

— Прошу прощения, мистер Хенсли, но думаю, нам нужно перенести сеанс.

Он проводит рукой по своей копне темных волос, и после этого единственного движения во мне взрывается буря эмоций, и находит ностальгия.

Мне снова шестнадцать. Я беспомощно и наивно тянусь к этому парню с озорной улыбкой.

— Конечно, — небрежно отвечает он. Начинает вставать, но останавливается на полпути, его напряженный взгляд приковывает меня к месту. — Я что-то сделал?

Я тяжело вздыхаю. Хотя его присутствие причиняет мне боль, я не могу отрицать, что эта боль доставляет преступное удовольствие. Как удовлетворение, которое испытываешь, почесываясь о заросли ядовитого плюща. Быть с ним рядом — плохая, очень плохая идея, и все же: