– Куда я пойду? – слышу его жалкое блеяние.

На что Анюта уверенно посылает его к Снежане.

А могла бы послать гораздо дальше. Мягкая она. Сострадательная. Пожалела урода, когда он сидел и держался за сердце.

А он ее не жалел! За те дни, что мы плотно общаемся, я многое о ней узнал. И о ее семейной жизни тоже. Нет, прямо она на своего гнилого муженька не жаловалась. И подробностей не рассказывала. Но по отдельным замечаниям и случайным обмолвкам я составил картину их семейной жизни. Где Коленька шикарно жил, получал пятизвездочное обслуживание, при этом еще гнобил жену и ходил налево.

– Да не было у меня ничего со Снежаной! – орет это гинлое недоразумение. – Не верь ей! Она специально на меня наговаривает.

– Я не общалась с твоей любовницей, – произносит Аня.

– Тогда откуда… Не верь никому!

– Только тебе, да?

– Да! Я твой муж.

– Уже нет.

– Стой! – он хватает ее за руку.

Я ускоряю шаг.

– Отпусти!

Анюта пытается вырвать руку, но крысюк держит ее крепко.

– Ты моя жена. Ясно?

– Не смей прикасаться ко мне! Я никогда больше не буду с тобой! Ни за что!

В ее голосе звучит острое отвращение.

А у ее муженька, походу, срывает крышу. Он тянется к Анютиной шее и даже успевает схватить ее своей пятерней… Но я дергаю его за руку. Внезапно и резко. Заламываю его конечность назад так, чтобы он почувствовал всю силу моего болевого.

– А-а-а! – раздается отчаянный вопль.

Он выгибается, выпятив пятую точку. А я, не удержившись, отвешиваю ему смачный поджопник. С ноги. Так, что он отлетает метра на три и падает носом в траву.

Заслужил!

Анюта стоит бледная и тяжело дышит.

Мудачок ошарашенно таращится на меня.

– Увижу рядом с ней – убью, – веско произношу я.

Он рефлекторно пятится назад.

– А ты… кто? – блеет растерянно.

– Я Бэтмен, – рявкаю я. – Ясно?

– Я… ясно, – кивает он.

В его глазах – откровенная паника. Походу, мудачок снова думает, что оказался в параллельной вселенной…

* * *

– Что теперь? – растерянно спрашивает Анюта то ли меня, то ли себя.

Когда мы оказываемся в машине.

– А чего ты хочешь? Отпраздновать в ресторане? Или поехать домой?

– Домой… – задумчиво повторяет она. – Я хочу домой!

– Как скажешь.

– В мой дом. Где нет его…

Она передергивает плечами от отвращения.

– Отличный план. Только давай сначала заедем в супермаркет.

– Зачем?

Голос Анюты звучит слегка заторможено. Она как будто в трансе. Переваривает все произошедшее.

– В твоем новом холодильнике пусто, – объясняю я.

– Точно!

Она улыбается мне. Как я люблю ее улыбку! Еще с тех пор, когда она радовала меня за окном ателье.

Года полтора назад у меня был очень сложный период. И я как раз снял этот офис, где сейчас размещается мое агентство недвижимости. И увидел Анюту…

У меня внутри были арктические льды. А я сам был как замороженный пингвин.

Тогда я даже не пытался к ней приблизиться. И о каких-то там новых отношениях вообще не думал. Надо было зализать раны от старых. К тому же я узнал, что она замужем.

Так что я просто смотрел. Просто понемногу оттаивал.

* * *

– Еще нам нужно молоко.

Я беру с полки литровый пакет.

– Да… – отзывается Анюта.

– И без вкусного шоколадного печенья мы вряд ли сможем прожить, правда?

– Мы… не сможем, – эхом повторяет она.

Я чувствую легкое напряжение с ее стороны. Я снова произнес “мы”. А она к этому явно не готова.

– Анют, я просто отвезу тебя домой. Но, если пригласишь на чай, я отказываться не буду.

– Конечно, приглашу.

– Кстати, надо его купить!

* * *

Анюта открывает дверь своего нового жилища. Своим ключом. Неуверенно переступает через порог.

– Смелее! Ты дома.

Я вхожу за ней, увешанный пакетами, и отношу их на кухню. Анюта пару минут бродит по комнатам, а потом присоединяется ко мне, помогает разобрать продукты.

И, только я собираюсь поставить чайник, как мой телефон начинает трезвонить.

Это Ульяна. Так не вовремя! Но я беру трубку. Я всегда беру трубку, когда она звонит.