Тут и правда оказалось довольно тихо в сравнении с дорогой. По крайней мере, не наблюдалось кошмара с перепуганными водителями, бросающими свои машины в самоубийственные манёвры. Да и самих машин оказалось всего-то штук шесть — никто, кроме Шайтана, почему-то не догадался свернуть вслед за такси. Пешеходов, кстати, в проулке вообще не оказалось. А через двести метров наступила и тишина — гудки клаксонов, визг шин и скрежет металла приглушили невысокие старинные дома.

— Что это была за чертовщина? — обернулся к майору бледный таксист.

— К окраине давай. Дворами. На крупные дороги не выезжай, от других машин держись подальше, на людей не реагируй, — командным тоном велел Шайтан вместо объяснений. — Будут прыгать под колёса — дави.

— Чего? — вытаращился таксист, не ожидавший от пассажира подобной кровожадности.

— Того, — сдвинул брови Шайтан. — Они всё равно уже не люди.

Теперь таксист смотрел на майора с нескрываемым подозрением. Но тот не намеревался вдаваться в объяснения — сам ничего пока ещё не понимал. Просто реагировал на ситуацию, как привык — быстро, жёстко и решительно.

— Думаешь, я сумасшедший? — рявкнул на него Шайтан. — Нет, к сожалению. Так что если хочешь жить — делай, что говорю. Либо высади меня, одному мне точно будет легче.

Водитель нервно сглотнул. На секунду майору показалось, что до того дошло. И тут же он вынужден был констатировать, что ошибся. Нет, всё же не все люди способны адекватно воспринимать экстремальные ситуации и правильно реагировать на них.

Таксист сбавил скорость, повернул руль и аккуратно подъехал к краю тротуара.

— Твои проблемы, — бросил на прощание Шайтан и дёрнул на себя ручку двери.

— Эй, а деньги? — возмутился водитель.

М-да, с такой дотошностью — точно немец, а не русский.

— Без меня они тебе не понадобятся, — грубо послал его майор и для верности продемонстрировал выставленный в международном жесте средний палец. — Не хочешь жить — дохни. А я пошёл.

— Псих ненормальный! Я на тебя в полицию заявлю! — попробовал было пригрозить таксист, но с улицы, которую они покинули, вновь послышалось урчание.

Резко изменив мнение о том, так ли сильно ему нужны деньги, таксист ударил по газам и, вновь забыв о правилах дорожного движения и конских штрафах, с визгом шин отъехал от тротуара.

Шайтан проводил тяжёлым взглядом удаляющуюся машину с чёрно-жёлтыми шашечками, досадливо сплюнул под ноги и зашагал по тротуару в том же направлении, куда уехал таксист.

Никаких сомнений в том, что таксист теперь наверняка подохнет, у Шайтана не было. Если майор правильно провёл параллели между текущей ситуаций и той, что приснилась ему ночью, то это вот урчание — очень, очень плохой признак того, что в городе появились твари, от одного только вида которых можно поседеть и на всю жизнь остаться заикой. Если, конечно, удастся каким-то чудом не оказаться у них в зубах.

Справиться с ними, если верить мутным обрывкам всё того же сна, вроде как было можно. Но к самому факту их появления необходимо приспособиться. Поработать над собственным восприятием ситуации. Эволюция — это не только о биологии, но ещё и об искоренении непроходимых тупиц. И да, эволюция к добру, человеколюбию и прочему наносному никакого отношения вообще не имеет. Сумел приспособиться — выжил. А на нет и суда нет. Вот он, Шайтан, выживет или хотя бы попытается. Он готов к тому, чтоб подстроиться под окружающую обстановку. А этот водила — нет.

Так что Шайтан, в отличие от таксиста, ещё побарахтается. Тем более, что на его стороне этот странный сон, в котором он уже сталкивался с урчащими тварями.

Итак, первым делом надо раздобыть хоть какое-нибудь оружие. Вторым — разобраться, что вообще происходит. Третье — тщательно изучить эти всплывающие таблички и научиться ими пользоваться — ведь не просто же так они появляются, когда Шайтан принимается разглядывать людей.

С первым пунктом плана удалось разобраться довольно быстро — возле дверей закрытой на ремонт кофейни Шайтан подобрал невесть кем оставленный костыль. Взвесил в руке и решил, что это явно лучше, чем ничего, особенно если приложить к нему силу и ловкость.

Второй пункт требовал времени, поэтому на нём Шайтан пока особо не зацикливался. Третий… С ним было хуже всего, поскольку людей в проулке, где находился Шайтан, катастрофически не наблюдалось — то ли сбежали, услышав недвусмысленные крики с дороги, а то ли место вообще было тихое. Неестественно тихое для проулка, одним своим концом выходящего к центральной улице города.

Как бы оно ни было, задерживаться Шайтан не собирался. Поудобнее перехватил трофейный костыль и двинулся к окраине города — мутные воспоминания из сна подсказывали, что чем быстрее он покинет центр, тем больше у него будет шансов выжить.