— Возможно, кто-то вышел из дому и догонял такси, — предположил Фокс.

— Нигде нет света.

— Вы правы.

— И машин не слышно. Вы запомнили, как этот человек выглядел?

— Нет. Он был в шляпе, в плаще. И явно на резиновых подошвах. Ещё брюки. Но я не могу поклясться, что это был мужчина. Слишком быстро он исчез.

— Черт, — процедил Аллен. Дальше оба шли молча.

— Хотел бы я знать, что в том конверте, — заметил наконец Фокс.

— Вот полицейский до мозга костей!

— Вы спросите?

— Ну разумеется.

— Президента?

— Кого же ещё? И с утра пораньше, понравится это ему или нет, — пообещал Аллен. — Мне пришла в голову весьма любопытная мысль…

— В самом деле? — бесцветным голосом спросил Фокс.

— И буду благодарен, если вы подождёте, пока я не напомню все обрывки самой разнородной информации, которую мы собрали о кошмарном толстяке, и лишь потом скажете, что обо всем этом думаете.

— С удовольствием, — согласился Фокс.

И в самом деле слушал он с явным удовлетворением. Когда, погрузившись в пустынные глубины Каприкорн, они уже сидели в машине, Аллен закончил:

— Вот так-то, Фокс. Какой же вывод напрашивается?

— Понимаю, к чему вы клоните, — протянул тот. — По крайней мере думаю, что понимаю.

— Я совершенно уверен, — продолжал Аллен, — что…

Свою угрозу объясниться с Бумером с утра пораньше Аллен не принимал всерьёз. В действительности разбудил его Гибсон, который хотел знать, правда ли, что президент договорился с Трой о следующем сеансе на половину десятого. Когда Аллен это подтвердил, в трубке раздался разочарованный вздох. Тот полагал, что Аллен видел утренние газеты. Когда Аллен заверил в обратном, Фред сообщил, что во всех бульварных листках на титульной странице по меньшей мере три столбца заняты фоторепортажами о вчерашнем визите Бумера. Потом унылым тоном принялся цитировать некоторые наиболее пикантные заголовки: «Что мы видим? Прекрасная жена суперинтенданта и африканский диктатор.» Аллен, сжав зубы, попросил его прекратить. Гибсон ему посочувствовал и только заметил, что принимая во внимание все обстоятельства он удивлён, почему Аллен не положит конец этой истории с портретом.

Аллен чувствовал, что неуместно объяснять: прервать работу над портретом означало совершить своего рода убийство. Потому он предпочёл перейти к истории с Санскритом и узнал, что Гибсон уже в курсе. Аллен поделился с ним своими наблюдениями и даже познакомил с выводами, к которым пришли они с Фоксом.

— Мне кажется, что-то наконец стронулось с места, — проворчал Гибсон.

— Не сглазьте. Я выпишу ордер. На всякий случай.

— Конечно, по крайней мере будет видно, что мы не спим. Между прочим, трупа уже нет.

— Что-что?

— Несчастного посла уже увезли. Скорее всего на рассвете тихонько вынесли чёрным ходом в машину без опознавательных знаков и отвезли на аэродром к специальному самолёту. Все прошло гладко. Одной заботой меньше, — заметил Гибсон.

— Возможно, вам придётся стеречь и аэропорт, Фред. Рейсы на Нгомбвану.

— Когда угодно. Только дайте команду, — невесело согласился тот.

— Начинайте прямо сейчас. Я буду держать с вами связь, закончил Аллен и оба положили трубки.

Трой была в студии, прописывала фон. Аллен предупредил, что снова предстоят те же меры безопасности, что и накануне. Если получится, он вернётся ещe до прихода Бумера.

— Это хорошо, — обрадовалась она. — Тогда сядешь там, где вчера, ладно? Он так великолепен, когда смотрит на тебя.

— Твоей смелости позавидуешь. Знаешь, все, кроме тебя, считают, что я сошёл с ума, когда это позволил.

— Ну, ты же знаешь, как обстоят дела. Но скажи мне, только откровенно, как тебе… нет, ничего не говори, но я права?

— Права, — согласился он. — Возможно, это звучит странно, но я едва отваживаюсь смотреть. Словно все перенеслось на холст.

Она поцеловала мужа.

— Не представляешь, как я тебе благодарна. Нет, представляешь, верно?

В Ярд он шагал со спокойной душой. В кабинете нашёл записку от Уиплстоуна, тот просил сразу ему позвонить. Набрал номер, и на другом конце линии тут же услышал знакомый голос.

— Полагаю, вам следует это знать, — начал мистер Уиплстоун словами, ставшими Аллену уже привычными, и поспешно продолжал рассказ: в доме лопнула водопроводная труба и потому утром, минут в десять десятого, он посетил своих агентов по недвижимости, фирму «Эйбл и Вирт», чтобы те порекомендовали ремонтников. В конторе он обнаружил Санскрита. При виде Уиплстоуна тот умолк на середине фразы, заявил, что оставляет все на усмотрение фирмы — пусть делают то, что сочтут нужным. Ему ответили, что это несложно, поскольку Каприкорн всегда пользуется спросом. Санскрит что-то неразборчиво буркнул и поспешно ушёл.