Зверев наполнил мой бокал, чуть не опрокинув его бутылкой, которую еле удерживал в пальцах. Пить я больше не планировала, но, бросив еще один взгляд в сторону танцпола, изменила свои разумные намерения и спустя двадцать минут нетвердо стояла на ногах в объятьях Травкина на танцполе.

— Екатерина, я давно за вами наблюдаю.

— Д-да? И-и зачем?

— Сначала з-зацепил ваш цвет волос, а пото-ом… — он склонился ко мне, — а пото-ом я решил, что хочу ближе познакомиться со столь очар… очраватной девушкой. — Ему уже с трудом давались длинные слова.

— Вот мы и знакомы.

— Хм, не совсем, — пошловато хмыкнул Травкин. — Мне хочется узнать тебя гораздо ближе.

Почувствовала, как руки нового знакомого спустились ниже моей талии, притискивая меня к его чреслам. В моем затуманенном алкоголем мозгу начала мигать красная лампочка. Но не успела она размигаться в полную силу, как Травкин оказался сметен яростью и кулаком взбешенного Влада.

— Ветров?! — Я оторопело смотрела то на него, то на валяющегося у меня под ногами парня.

— Иди-ка сюда!

Он бесцеремонно схватил меня за руку и потащил за собой. Заплетающиеся ноги не могли выдержать такой скорости, и, споткнувшись, я уже была готова рухнуть на пол, когда меня подхватили сильные руки Влада.

— Черт, Кэт! Ты когда успела так набраться?

Хотелось крикнуть: «Пока ты тискал других черных и белых баб, мерзавец!», но благоразумно выдала:

— Т-твое какое дело? Отвали, Ветров!

— Ну уж нет!

Он прижал меня к себе и поволок дальше, мимо барной стойки, где застыли любимки с выпученными глазами, мимо туалета, вглубь неизвестного мне коридора. Через минуту Ветров затолкнул меня в какую-то темную комнату, с силой захлопнув за нами дверь. Замок громко щелкнул, заставив меня вздрогнуть всем телом.

— Теперь рассказывай! — Он навис надо мной, заставляя вжаться в дверное полотно.

— О чём?

— Каким образом руки Травкина оказались на твоей заднице?!

— Ща-ас! Лучше сам расскажи, что за стрип-шоу ты устроил сегодня?!

Глупая обида взяла верх, пьяные слезы вновь навернулись на глаза, и под злющим взглядом Ветрова, прожигающим меня насквозь, я окончательно раскисла.

Он молчал, игнорируя мой вопрос, лишь внимательно рассматривал в тусклом свете фонаря за окном мое лицо, на котором уже наверняка появились потёки туши. А затем поднял руку и стёр слезинку большим пальцем. Его взгляд потеплел и спустился от моих глаз к губам, застыв на них.

Мой боевой запал растворился под действием чар этого мерзавца. Я остро почувствовала его запах, тепло его тела, практически вжавшегося в меня в попытке удержать в вертикальном положении мою неустойчивую тушку, и вовсе потерялась. Мысли начали путаться, меняясь местами. Нужные пропали, отойдя на второй план, а на их место пришли совершенно ненужные, побуждающие глубоко вдохнуть, сильнее прижаться, а затем расслабиться и согреться, опираясь на крепкое, горячее тело Ветрова. Мелкая предательская дрожь предвкушения прошила меня насквозь. Попыталась отклеиться от него, в буквальном смысле от греха подальше, но ничего не вышло. Ветров крепко удерживал меня, вдавливая в дверь, которую только что закрыл за нами.

— Отпусти, — прошептала я, совершенно потеряв голос.

— Не могу.

От его хриплого шепота во мне задрожал каждый нерв. Шестым чувством понимала, что настроение Ветрова тоже резко изменилось. Его объятья из каменных превратились в обволакивающие, а тело стало горячее еще на несколько градусов. Однако в моей голове сигналы, отвечающие за предупреждение об опасности столь высокой температуры, сбились и молчали. Разум бездействовал, и желания тела, не упуская такого случая, взяли над ним верх.

— Кэ-эт, — жаркий шепот коснулся лица. — Кэ-э-эт…

Горячие губы прошлись по виску, спустились ниже, зацепив уголок глаза и дальше, по шее к ключице, где замерли, согревая.

Не боясь обжечься, залезла ладонями под футболку Влада. Раскаленная кожа жгла пальцы, но мне нравилось. И желание прижаться к нему не только ладонями поглотило меня. Лихорадочно попыталась стащить с него футболку, и в ответ услышала протяжный стон.

— Кэт, Кэт, что ты творишь? — жаркий шепот обжёг шею. — Не здесь же, Кэт…

— Ветров, не нужно изображать благородство, — шептала в ответ, совершенно потеряв контроль над собой. — Я тебе все равно не поверю.

Не могла понять, что его тормозило, потому что я совершенно точно уже не могла остановиться. Где-то на периферии сознания осознавала, что алкоголь притупил мое чувство самосохранения, вытащив на первый план тоску то ли по этому мерзавцу, то ли по любому мужскому телу и вниманию. Хотя зачем было кривить душой. Мне сейчас, а возможно, и всегда был нужен именно этот мужчина. Ну и черт с ним!