Шрифт:
— Придется попросить папу…
— К чему этот шантаж? Что-то мне подсказывает, что с ним ты уже разговаривал, и получил отказ, иначе не звонил бы сейчас мне.
— Ну Ка-а-ать. Я же не смогу по Zoom дополнительным английским заниматься. Помнишь, у меня комп глючит? Нет исходящего звука без наушников. А если я буду музыку без них слушать, у Светланы Владимировны уши завянут и мозг расплавится, ты же сама так всегда говоришь…
— Хорошо, привезу, но в выходные.
— Катюлечка…
— Я не могу приехать раньше, ты же знаешь, какие пробки среди недели по вечерам. К вам не добраться. А у меня еще и работы полно.
— Может быть, курьера пришлешь?
— Проще тебе курьера из ближайшего магазина с новыми наушниками прислать, это дешевле обойдется, — решила я все же сдаться.
— Ты у меня лучшая! Самая лучшая сестра на свете!
— Я знаю. Найди сам, что тебе нужно, и скинь ссылку, но не дороже тысячи!
— Ну Ка-ать, такие и недели не проживут.
— Черт с тобой, полторы.
— Ура! Жди ссылку. Пять сек! — И он бросил трубку.
Я закатила глаза, откинувшись на спинку кресла. Хочу субботу. Навечно.
Через полчаса мои девчонки возвратились, пообедав, и тут же от дверей напали на меня.
— Екатерина Михайловна, что у вас с Ветровым произошло на координации? Вся контора гудит! Чат так вообще завис напрочь!
— Повздорили слегка. — Пожала плечами. Не признаваться же, что катастрофа.
— Слегка? Говорят, он вас чуть не убил!
— Преувеличивают.
— Да? Крюкова подробно в чате все рассказала, и, по ее версии, он орал на вас как сумасшедший.
— В каком чате? — Я непонимающе посмотрела на них. — Вы о чем?
— Как о чем? — удивилась Инга. — О чате корпоративном — Stranger. У вас что, на компе он не установлен?
— Не знаю…
— Ну вы даёте, Екатерина Михайловна! Дайте-ка я посмотрю.
Инга подошла ко мне, пошевелила мышкой и внимательно посмотрела на разблокированный рабочий стол.
— Да вот же она, смотрите.
Щелкнула по иконке, и передо мной открылась программа, предлагающая зарегистрироваться.
— Вы почему еще не зарегистрировались?
— А что, надо было?
— Еще спрашиваете! Это же сердце и душа нашей компании, как любит повторять Ветров каждый раз, когда Смолин грозится закрыть чат.
— А что в нем обсуждают?
— Да все подряд. Кто-то знакомится, кто-то сплетничает, у кого-то темы по интересам. Например, геймеры постоянно обсуждают игры, фанаты хоккей с футболом.
Хм. Я задумалась.
— Что-то мне не хочется в нем регистрироваться, особенно сейчас.
— Да почему?
— Не хочу читать гадости и сплетни про себя. Только расстраиваться.
— Так вы не расстраивайтесь, а ответьте! Мы тоже вас поддержим. Чат же анонимный, тут главное, правильно направить народную мысль.
— Анонимный?
— Да! И в этом весь прикол!
— Очень интересно, — задумчиво протянула я. — А откуда вы узнали, что именно Крюкова рассказала подробности координации?
— Так ее давно вычислили! Яд Натальи Петровны невозможно перепутать ни с чьим другим, — рассмеялась Вика.
— Ясно, но я пока все же воздержусь.
— Ну смотрите. Если хотите, можете на моем компе почитать, — предложила Инга.
— Возможно, позже. Вечером, когда страсти поутихнут. Спасибо, — согласилась я.
8.
Я с такой силой распахнул дверь в свою приемную, что та с грохотом врезалась в стену, несмотря на доводчик и фиксатор. Зараза! Как она могла так унизить меня при всех? «Не мне вам объяснять…» И почему я допустил это? Нет, мое терпение лопнуло! Я дал Смолину несколько дней, чтобы смириться с моим требованием, но теперь все! Уволим ее сегодня же!
Жажда, мучившая меня после вчерашнего бурного вечера целый день, снова напомнила о себе. Схватил холодную бутылку воды из мини-бара, когда на столе отсутствующего Градова зазвонил телефон. От неожиданности бутылка выскользнула у меня из рук. Подняв ее с пола, повернул крышку. Та поддалась не сразу, но со следующим рывком резко слетела, выплеснув на меня воду с пеной и брызгами.
Твою мать! Посмотрел на облитые брюки и рубашку. Что за день? Не прёт с самого утра, начавшегося с жуткого похмелья. Прошел в кабинет и заглянул в шкаф. Рубашки не было, но зато на вешалке висели брюки. Необходимо будет пополнить местный гардероб. Стащил с себя мокрую одежду и уже натягивал штаны, когда дверь в кабинет открылась.