— Вера Павловна, а вы часом не обнаглели совсем? — Прилетело мне вдогонку уже у лифта.

Залетела в подъехавшую кабину и прокричала в закрывающиеся перед носом двери:

— Нет, Олег Павлович, я отработаю!

— В этом можешь не сомневаться!

Вроде оттаял чуть-чуть, судя по голосу. Вот и славно.

Такси ждало меня на улице. Пробок в субботу не было, и через двадцать минут я вышла около торгового центра, решив перестраховаться и не подъезжать к подъезду.

Пулей забежала домой. Мама уже там. Эх, не успела переодеться.

— Вера? — Как обычно выглянула из кухни. — А что с пустыми руками, где покупки?

Протянула ей упаковку эклеров.

— Не выбрала ничего. В спешке как-то не захотелось.

— Ну-ну, бывает, — произнесла со странной улыбкой и продолжила осмотр. — А почему одета так?

Это что за допрос такой? Посмотрела внимательно на маму, а она на меня.

— Я себе новую блузку под пиджак искала, поэтому и оделась в офисную одежду.

Прошла мимо неё на кухню, где уже закипел чайник. Мама, видимо, решила больше ничего не уточнять и пошла за мной. Вроде пронесло, подумала я, разливая чай. Моя квалификация бессовестной врушки росла на глазах.

Мама суетилась, выкладывала что-то из сумок и убирала в холодильник.

— Мам, я ещё предыдущую партию не доела, а ты новую привезла! Ну зачем?

— Затем, что не нужно голодной сидеть. Тощая, как вобла. — Она снова бросила на меня странный взгляд. — Хорошо, хоть грудь ещё на месте!

— Ма-ама! Я нормально питаюсь, уверяю тебя.

— Конечно, нормально, когда мамочка всё принесет и приготовит! Придётся из Германии к тебе летать, кашеварить.

Мы засмеялись. И через пять минут, сидя за дымящимися чашками с чаем и эклерами перед нами, я спросила:

— Так что случилось?

— Нужно несколько организационных вопросов решить.

— А подробнее?

— Первый вопрос — это гости. Кого позовём с нашей стороны? Мы с Борисом решили отпраздновать скромно, без размаха. Минимум гостей. С его стороны будет сестра с детьми и пара друзей. С нашей же стороны я вообще бы никого не звала, кроме нас с тобой, но не удобно перед Борей. Он ресторан хочет снять и всё такое…

— Тогда да, — согласилась я с ней, — совсем без гостей с твоей стороны будет неправильно.

— В том-то и дело. Я вот думаю, может быть, Катю всё же позвать? Андрюшка её в Америке давно, она точно будет одна.

— Но если ты её позовешь, она дяде Жене расскажет. Получается, ты двоюродную сестру пригласила, а родного брата нет?

— Но их много… Тогда и Свету с семьёй придётся позвать.

— Ну, у Светки младенец. Возможно, и не пойдут.

— Вера, не будь наивной. Придут все, и младенец в том числе.

— Не думаю, что девочка уже ходит, — засмеялась я. — И потом, как часто у нас столь значимые праздники в семье бывают? Раз в пятнадцать лет? Сама говорила. Так что пусть будет хоть и не грандиозная, но настоящая свадьба.

— Да, ты права. Решено. Катю, Женю с женой и Светку с семьёй зовём. — Мама записала что-то в блокнот, откуда-то появившийся у неё в руках. — Из дворца поедем сразу в ресторан, никаких гуляний. Как считаешь?

— Соглашусь. Погоду смотрела? Какую обещают?

— Пишут без дождей. Но им верить… Сама понимаешь.

— А в итоге сколько человек получается?

— Около пятнадцати.

— Не так уж и много. А теперь озвучь мне весь сценарий. Во сколько нужно быть в ЗАГСе? Откуда туда поедем?

Выслушав мамины планы, я добавила несколько замечаний, и мы составили чёткий план действий на следующую субботу.

Но главный сюрприз от мамы ждал меня в конце нашей стратегической сессии. Оказалось, что дядя Боря уезжает до свадьбы в Германию по своим делам, а также чтобы подготовить все документы для её переезда, и она решила эту неделю пожить со мной.

— Ты же не возражаешь?

— Да ты что, мам! — ответила я совершенно искренне. — Я ужасно рада, что тебе удалось выбраться из лап этого жадюги. Когда теперь ещё будет такая возможность?

А вот Смолина вряд ли порадует эта новость, мелькнула мысль в голове. Про ночёвки у него можно забыть.

Весь вечер перебирали старые фотографии. Вспоминали папу, моё детство, плакали и смеялись. Мы обе, не произнося этого вслух, понимали, что наша прежняя жизнь, устои, сформировавшиеся на протяжении последних восьми лет, безвозвратно уходят, и мы уже не будем постоянно рядом друг с другом. Но при этом, я уверена, несмотря на разделяющее нас расстояние, мы останемся так же близки.

Смолин написал один раз: «Ты скоро?» Ответила ему, что не смогу приехать ни сегодня, ни завтра. Успокоила свою совесть, прикрепив к сообщению кучу смайлов с поцелуями. Но, похоже, они его не впечатлили. Больше он не объявлялся ни в субботу, ни в воскресенье. Я, естественно, расстроилась, хотя понимала, что мама в данном случае важнее.