Стараясь оставаться невидимой, пока я продвигалась вперед.

Тара схватила меня за запястье, и от ее энтузиазма я чуть не упала.

— Давай, — сказала она, вытаскивая меня. Затем она крикнула Риду. — Поехали, папа! Ты можешь покатать маму.

Я не стала оглядываться, чтобы убедиться, что они выходят вместе, держась за руки, и строят планы, как снова обрести любовь и окончательно разбить мое измученное сердце.

Мое мрачное настроение в конце концов превратилось в хихиканье с лучшей подругой, пока мы катались по кругу, и мне удалось добиться некоторых успехов. Это было не так уж и сложно. После того как я уже преодолела худшее в жизни, ничто не казалось мне слишком трудным — даже расставание с ним.

Мы мчались, смеялись, пританцовывали под музыку, льющуюся из динамиков. Свет сменился с пурпурного на фиолетовый, и следующие десять минут мы провели, смакуя адреналиновый кайф.

Прежде чем я поняла, что происходит, Тара схватила Рида за руку, когда он подъехал слева от меня, затем потянулась к моей руке и развернулась так, что стала скользить задом наперед, увлекая нас обоих за собой.

Я чуть не задохнулась, когда мое плечо соприкоснулось с плечом Рида. Он посмотрел на меня, и намек на улыбку пробился сквозь его враждебность.

— Привет, — сказал он.

Я отвела взгляд, встретившись с глазами Тары.

— Привет.

По мнению моей подруги, она каталась с двумя своими любимыми людьми. Своим отцом и лучшей подругой — подругой, которую она считала второй дочерью своего отца. Это было мучительно. У меня в животе словно лежал валун.

Я едва могла дышать.

Она отпустила наши руки и посмотрела туда, где ее мать стояла у киоска, жуя попкорн.

— Уф. Мама ведет себя антисоциально. — Она поморщилась. — Сейчас вернусь.

Скотти сидел за столиком с Джошем и группой ребят из школы, оставив нас с Ридом кататься вдвоем.

Одни, если не считать слона на площадке в виде меня, засовывающей свои пропитанные возбуждением пальцы ему в рот семь недель назад.

От этого воспоминания я чуть не упала, но удержала равновесие, отказываясь хвататься за него в поисках поддержки.

Между нами возникла неловкость, и я прочистила горло, отчаянно пытаясь заполнить ужасную пустоту.

— Итак… как проходят тренировки? Есть новые клиенты?

Он уставился на свои ролики, скользящие слева направо, справа налево.

— Несколько, да.

— Это круто.

Это было хуже всего.

Мне нужен был воздух, передышка, совершенно новое тело, в которое можно было бы перевоплотиться.

— Скоро выпускной. Держу пари, ты взволнована.

Я кивнула.

— Ага.

Снова тишина. Еще больше слонов устремилось к нам.

Моя решимость висела на волоске, а здравомыслие было в полном хаосе.

— Послушай, Галлея… — Его подбородок опустился. — Я не хотел…

— Все в порядке. Я понимаю.

Он посмотрел на меня, его шея была напряжена, вены вздулись.

— Это сложно.

— Тебе не нужно объяснять мне, Рид. Я все понимаю.

— Это не может… ни к чему привести. Надеюсь, ты это знаешь.

Мои руки сжались в кулаки, от унижения у меня горела шея и покраснели уши. Он считал меня идиоткой. Я говорила ему, что все понимаю, но он был полон решимости вбивать в меня неоспоримую правду кувалдой, пока я не превращусь в пульсирующую груду недостойных обломков, разбросанных у его ног. Я стиснула зубы, глядя прямо перед собой и уворачиваясь от приближающегося роллера.

— Спасибо, что прояснил ситуацию. Я действительно понятия не имела.

— Галлея.

Мне не понравилось предостережение в его тоне, но я проигнорировала его и высоко подняла голову.

— Послушай… я должна извиниться перед тобой за ту ночь. — Я проглотила огненный комок, застрявший у меня в горле. — Это было совершенно неприемлемое поведение с моей стороны. Мне неловко и стыдно. И ты был прав, прекратив наши занятия. Они ни к чему хорошему не привели.

Он молчал некоторое время, пока мы проезжали мимо общей зоны, и мои глаза ненадолго встретились с глазами Уитни. Я послала ей крошечную улыбку, притворившись, что просто убиваю время, ожидая возвращения Тары.

Рид провел рукой по челюсти и медленно кивнул.

— Я думал, нам нужна дистанция.

— Так и было. — Я снова сглотнула. — Так и есть.

— Я не хотел тебя обидеть.

Нахмурившись, я посмотрела на него, чувствуя, как во мне вспыхивает раздражение.

— Ты не обидел меня. Я не маленькая тряпичная куколка, с которой нужно быть нежным. Я взрослый человек, и мне приходилось переживать гораздо худшее, чем это. Со мной все будет в порядке.

— Это совсем другое. Я никогда не хотел…