Чез хмыкает.

— Без обид, приятель. Но твои костюмы с иголочки и уложенные гелем волосы всё же не открывают все двери в этом мире. Прямо сейчас мы с тобой далеко не в своей стихии.

Пожимаю плечами. Я понимаю, что это не мой мир — Зейн Райдер просто не вписывается во всё это. Но мне и нет больше места в «Хромо-120», Стил об этом позаботился. Так почему бы мне не освоиться в новых условиях? Люди меняются, особенно когда им приходится приспосабливаться к новым обстоятельствам. А я прекрасно умею приспосабливаться.

— Но ты же хакер, — говорю. — Я думал, тебе комфортно везде, где есть доступ к компьютеру.

Чез смотрит на меня как полнейшего идиота.

— Ни фига. Я предпочитаю оставаться за кулисами. А если точнее, то у себя дома. — Он поджимает губы. — Вот только сейчас моя квартира рассекречена, и я вынужден бежать от генетически модифицированных монстров.

— Да, это… нехорошо.

— Нехорошо? — возмущённо переспрашивает Чез. — Эм, нет. Это полный отрыв башки.

Эмоциональность Чеза вызывает у меня улыбку.

— Ну да, и это тоже.

— О чём это вы, хлюпики? — включается в разговор Нэш.

Чез начинает рассказывать, как за нами гнались генетически модифицированные собаки и как мы от них отбились. Нэш явно впечатлён его рассказом.

— Жаль, меня там не было, — комментирует он.

Мы молча сидим несколько секунд. Тишину нарушает только тихое дыхание солдата. Чез наклоняется вперёд, упирая локти в колени.

— Можно тебя кое о чём спросить?

Когда я киваю, он продолжает:

— Что происходит между тобой и Сиенной? Между вами двумя столько напряжения, что можно зарядить электричеством целый город.

— О нет, в этом разговоре я участвовать не буду, — бормочет Нэш, сползая вниз по скамье и закрывая глаза.

— В смысле «что происходит»? — переспрашиваю я, пытаясь найтись с ответом. — Мы друзья. Очень хорошие друзья.

Чез сощуривает глаза.

— Вот только не надо мне врать. Что произошло в Рубексе?

Я начинаю рассматривать линии на своих ладонях, как будто в жизни ничего интереснее не видел.

— А что тут сказать? Я люблю её. Когда мы были в Рубексе, я влюбился в неё ещё сильнее. — Вскидываю голову. — Я думал, это взаимно. На какой-то момент, пускай недолгий, но я позволил себе поверить, что мы останемся вместе.

— Ты думал, что она выберет тебя вместо Трея?

— Да. Ну, я не то чтобы планировал это. Но мы были вместе, вдвоём, и… — Резко замолкаю и делаю глубокий вдох, как если бы это могло стереть часть воспоминаний. — Это было волшебно.

— Но?

— Но затем Трей заманил нас в ловушку и сдал властям. А дальше всё пошло наперекосяк.

Чез задумчиво трёт верхнюю губу.

— Вы после этого разговаривали наедине?

— Нет, — качаю я головой. — Не было времени. Да и она прекрасно знает о моих чувствах. Просто в её сердце всегда был другой.

— Ты уверен?

— На девяносто девять процентов.

Чез откидывается назад, складывая ладони на бёдрах.

— Как человек, которому часто приходится иметь дело с кодами и числами, могу заверить тебя, что есть огромная разница между девяносто девятью и ста процентами. — Он понимающе улыбается. — Один процент может изменить всё.

Ёрзаю на месте, обдумывая слова Чеза.

— Хочешь сказать, мне стоит поговорить об этом с ней?

— Перед тем как окончательно сдаться? Ну, как бы да. Я считаю это хорошей идеей. — Чез качает головой. — Бро, ты такой умный, но такой тупой.

Недоумённо поднимаю брови.

— Ну, когда дело касается девушек, — исправляется он.

Усмехаюсь.

— Я вот одного не пойму: какое тебе до этого дело? Я думал, что ты, как шестёрка Трея, предпочтёшь, чтобы я держался подальше от Сиенны.

В ответ на мои слова он фыркает.

— Шестёрка Трея? Шестёрка?! Ушам своим не верю. — Он качает головой. — Да ты издеваешься надо мной!

— Ну, ты ведь на него работаешь.

Чез отмахивается от моего довода.

— Ответ прост: мне есть дело до Сиенны. Она моя лучшая подруга, и я желаю ей лишь счастья. Если она будет счастлива с тобой — отлично. Если с Треем — прекрасно. Если ни с кем — так даже лучше. — Он кривит лицо, будто лимон проглотил. — От всего этого любовного треугольника меня уже тошнит.