Спящий солдат внезапно выпрямляется, встряхивая головой.

— Что? Кого тошнит? Только не в моём грузовике!

Мы с Чезом переглядываемся. Тот едва сдерживает улыбку.

— Всё в порядке, никого не тошнит.

* * *

Когда мы приезжаем на так называемую базу, солдат, соизволивший всё-таки представиться нам Зиком, выводит нас из грузовика. Я успеваю разглядеть белое прямоугольное здание, перед тем как мне на голову накидывают ткань. Сразу становится жарко и душно, да ещё и пахнет сырым брезентом. Ко мне приближаются шаги, и я могу только предположить, что нас окружили люди Зика. Возможно, те, что ехали в кабине грузовика.

— Чем меньше вы знаете, тем лучше, — поясняет Зик, держа меня за плечо. Полагаю, Чеза и Нэша схватили таким же образом.

Нас ведут по щебню, затем по асфальту. Двери разъезжаются в стороны, и меня обдаёт прохладным воздухом, когда мы входим внутрь. Тут полы более ровные, мои подошвы скользят по гладкой поверхности.

— Райли, отведи Чабса в первую комнату чистки, — командует Зик.

— Я Чез, — бурчит сквозь стиснутые зубы хакер.

— Да без разницы, — отвечает Зик. — Леон, отведи этого Головореза в третью комнату чистки. Там напор помощнее. Может, у него поубавится спеси.

— Это ты про меня? — уточняет Нэш. — Можешь звать меня Коммандер.

Зик фыркает.

— А, ну конечно. Тогда ты можешь называть меня богом.

— А мне куда? — спрашиваю я.

— Ты, Красавчик, идёшь со мной. Тебя ждёт вторая комната чистки.

Зик снова хватает меня за руку и ведёт совсем недолго. Когда мы останавливаемся, он снимает с меня мешок и заталкивает в комнату размером с душевую кабинку у меня дома. Стены полностью стеклянные, а значит, прозрачные. Зик — просто размытое пятно по ту сторону стены.

— Снимай одежду, — говорит он. — Время детокса.

— Прям всю одежду?

— Так точно, — отвечает Зик и отворачивается, давая мне некое подобие уединения.

Я старательно снимаю с себя вещи, хотя ноющие рёбра и опухшее колено замедляют мои действия. Ёжусь от прохладного воздуха.

Зик, не оборачиваясь, говорит:

— Положи свои вещи в мусоросжигательную печь справа от тебя.

Там действительно оказывается прямоугольный ящик, сливающийся со стеной, на котором написано «Мусор». Тяну за ручку и складываю одежду внутрь. С другой стороны раздаётся жужжание, словно я пробудил дремавшее чудовище.

Теперь Зик разворачивается и подносит руку к красной кнопке на стене.

— Держись. Сейчас станет немного прохладно.

Он хмыкает, будто это какая-то местная шутка.

Меня обдаёт потоком тёплого воздуха, от которого я отступаю на шаг. Все мои внутренности простреливает резкая боль. Хватаюсь за металлические ручки, предусмотрительно организованные на уровне плеч. За воздухом следует поток горячей воды, как будто на меня направили пожарный шланг на полной мощности. Кожу обжигает, рёбра болят ещё сильнее. Затем опять поток воздуха, словно я в аэротрубе, и снова вода. Финальный поток воздуха длится так долго, что я уже почти готов взлететь.

Вся процедура напоминает мне автомойку, и это не тот опыт, который я бы хотел повторить.

Как только оборудование глохнет (а вся чистка длилась примерно десять минут), Зик бросает мне полотенце и свёрток с чем-то белым.

— Что это?

— Твоя новая одежда, — с ухмылкой отвечает он.

Вытеревшись полотенцем, натягиваю на себя безразмерные футболку и штаны, которые по виду — и запаху — подозрительно напоминают больничную одежду. Как только я одет во всё белое, Зик выводит меня из комнаты в коридор.

Миниатюрная брюнетка с карамельным цветом кожи встречает нас на полпути.

— Мистер Райдер, меня зовут Кассандра. Пожалуйста, следуйте за мной, я провожу вас в вашу комнату.

— Прошу, зовите меня Зейн.

Кассандра приводит меня в стерильную больничную палату. Стены здесь белые, плитка на полу белая, и даже кровать с постельным бельём — всё ослепительное белое.

Кассандра просит меня лечь. Я слушаюсь. Её худые руки летают надо мной, пока она подключает меня то к одному аппарату, то к другому. Очевидно, что она давно этим занимается и ловко со всем управляется.

— Вы почувствуете лёгкий укол, — предупреждает она, находя вену на сгибе моего локтя.

— Это обязательно? — спрашиваю я. — Я думал, что к капельнице подключают, только когда пациент не ест или не пьёт. Но, как видите, я в полном порядке. Чуть перевязан, но в целом всё нормально.

Она пожимает плечами, не глядя на меня.

— Я всего лишь выполняю указания сверху.

Вздохнув, взмахиваю рукой, чтобы продолжала. Чувствую укол иглы и лёгкое жжение, когда жидкость вливается в мою кровеносную систему.