На моей груди лежит штанга и давит на диафрагму.

— Конечно, я попытаюсь. — Беру её за руки, удивляясь тому, какие длинные и тонкие у неё пальцы. Прямо как у пианистки. — Отныне и до конца наших дней моей целью будет сделать тебя счастливой. Мне важно только, чтобы ты была счастлива. Сейчас и всегда. Это я тебе обещаю.

Ариан улыбается. Так искренне, что у меня в груди разливается тепло. Уже не в первый раз я сражён наповал её красотой.

— О большем я и мечтать не смела.

Она целует меня, и — слава всем созвездиям на небесах — в этот момент я думаю только об Ариан, о её губах и нашей будущей семье.

12

СИЕННА

В «Зените» принято каждую ночь разводить костёр в центре лагеря. Вокруг него люди расслабляются и рассказывают истории. Мама и Эмили уходят спать рано и всё пропускают, а для меня это один из лучших моментов жизни в лагере. Сегодня решили поиграть в «Другую жизнь» — каждый по очереди рассказывает, кем бы они стали, если бы жили совершенно иначе.

Сидя на одном камне с Треем, я смотрю сквозь завесу дыма и танцующие искорки на Трину. Она вся сияет рядом с Греем. Заметив мой взгляд, она приподнимает уголки губ и машет, прижимаясь к Грею ещё сильнее. Я машу в ответ.

Сейчас черёд Грея. Он поворачивает голову к Трине и говорит:

— В другой жизни я был бы бейсболистом.

— Не знала, что тебе нравится бейсбол! — восклицает Трина.

— Нравится? Я обожаю бейсбол. Хотя сам никогда всерьёз не играл. Только вон на том участке грязи, которое и полем-то не назовёшь. — Он указывает на открытое пространство между холмами, а затем обращается к Трине: — Твоя очередь.

Трина поджимает губы, задумавшись.

— Ммм, ладно, предположим. В другой жизни я могла бы стать врачом. Мне нравится помогать людям. Плюс меня не тошнит от вида крови и всего такого.

— Очень важные качества для врача, — улыбаясь, отмечает Грей.

Трина обнимает его за руку и целует в щёку.

— Врач и бейсболист? Почему бы и нет.

— Хорошо, кто следующий? — спрашивает Пейдж. Её взгляд падает на меня, но тут же скользит дальше. — Нэш, как насчёт тебя?

Нэш сидит через несколько человек слева от меня. В пламени костра половина его лица горит оранжевым светом, тогда как другая — скрыта в тени. Нэш пожимает плечами и говорит:

— В другой жизни у меня была бы жена, два с половиной ребёнка и пёс по кличке Харви.

Все резко замолкают. Только костёр продолжает трещать. Это было так неожиданно услышать от коммандера — человека, который только и делает, что устраивает взрывы, — что все, как мне кажется, удивлены, если не сказать шокированы.

Нэш вскакивает на ноги.

— Забейте. Тупая игра.

И уходит.

— Что ж, это было интересно, — комментирует Пейдж, как только он оказывается достаточно далеко, чтобы нас не слышать.

— И познавательно, — добавляет кто-то. То тут, то там раздаются смешки.

— Ладно, кто теперь? — вскинув бровь, Пейдж смотрит в нашу сторону. — Трей?

Теперь, когда всё внимание направлено на него, Трей прочищает горло.

— Эм, да не знаю. Ну, то есть я никогда об этом всерьёз не задумывался. Моя жизнь всегда была только такой.

— Ну же, Трей! — выкрикивает Трина с противоположной стороны костра. — Копни глубже!

Трей усмехается.

— Ладно, ладно, давайте попробуем. Думаю, я бы стал…

— Нужно начинать со слов «В другой жизни»! — перебивает кто-то.

— А, точно. Прошу прощения. В другой жизни я бы стал политиком. Но не коррумпированным. Мне бы хотелось иметь возможность пересмотреть законы, влияющие на жизнь нашей провинции. Да что уж там, я бы хотел ввести новые справедливые для всех законы.

Несколько человек ему похлопали.

— А теперь, — продолжает Трей, — я передаю слово Сиенне.

Он делает вид, что передаёт мне невидимый микрофон.

Смеясь, я подыгрываю ему и забираю «микрофон».

— Окей, предположим. В другой жизни я бы стала… шпионкой. Мне бы хотелось искать компромат на плохих людей. И, как мне кажется, я хорошо умею проникать в закрытые места.

— Очень хорошо, я бы сказал, — соглашается Трей.

Пейдж выбирает, кто будет говорить следующим, а Трей тем временем наклоняется к моему уху:

— Будь я политиком, тут же взял бы тебя на работу.

— Из нас вышла бы отличная команда. Ты меняешь законы, я разбираюсь с плохими парнями. Только вот мы наверняка бы редко виделись. Мы оба были бы слишком заняты. Ну, знаешь, спасение мира и всё такое.