Она собирается возразить, но я накрываю её губы своими. Я был уверен, что она меня оттолкнёт, потому что она любит так делать, но к моему удивлению, она подаётся навстречу и тает в моих руках.

Зейн покашливает. Мы с Сиенной резко отстраняемся друг от друга. Он ловит мой взгляд в зеркале заднего вида и сводит брови. Чёрт. Я не собирался сыпать ему соль на рану, но мне сложно не прикасаться к Сиенне, когда она сидит так близко.

Прижимаюсь лбом к её лбу и говорю:

— Обещай мне.

Она улыбается. И почему от одной улыбки мои внутренности превращаются в омлет? Я должен быть твёрже. Сильнее.

— Ладно, ладно, — говорит она. — Обещаю. Но только пока меня устраивает такое положение дел.

— Ты не собираешься упрощать мне задачу, да?

Зейн перебивает нас:

— Куда именно надо ехать?

— К обратной стороне больницы, — отвечаю я. План постепенно формируется в моей голове. Именно поэтому я хочу, чтобы Сиенна послушалась, когда я попрошу её остаться в стороне. Я не могу допустить, чтобы она лишний раз рисковала.

— А что именно мы будем делать? — продолжает уточнять Зейн.

— Выясним, что происходит в самой больнице. Генетическим тестом дело явно не ограничивается.

Зейн несколько раз сворачивает, огибая больницу. Я говорю ему остановиться, пока мы не подъехали к самому зданию.

— Дальше я сам. — Выхожу из машины. Когда Сиенна следует за мной, я поднимаю ладонь, останавливая её. — Сейчас именно тот момент, когда тебе нужно остаться на месте.

— Я не отпущу тебя туда одного, — возражает она. Её упрямство снова взяло верх.

— Я не спрашиваю у тебя разрешения. Но я очень рассчитываю на то, что ты сдержишь своё обещание. Зейн, проследи, чтобы она оставалась в машине.

И бегу к больнице, оглянувшись всего раз, чтобы убедиться, что Сиенна не бежит за мной. К счастью, она осталась сидеть в машине, в безопасности. Надеюсь, Зейн вразумит её. У него это получается лучше, чем у меня.

Добравшись до больницы, присаживаюсь на корточки за большим кустом и осматриваюсь. Всего один силовик патрулирует территорию. Шуршу листьями, чтобы привлечь его внимание, а затем ныряю за следующий куст. Когда он подходит проверить источник звука, подбираюсь к нему сзади и хлопаю по плечу. Он оборачивается, и мой кулак летит ему в голову, вырубая. У него, похоже, очень острые черты лица, потому что моя рука болит после удара.

Оттаскиваю его тело к кустам и быстро раздеваю. Единственный способ проникнуть внутрь — сойти за своего.

Как только переодеваюсь в форму силовика, которая мне слегка великовата в боках, я убираю пистолет и забираю винтовку у лежащего без сознания. Выхожу с уверенным видом, словно я сейчас там, где и должен быть.

У силовика нашлась карта-ключ, пристёгнутая к его рубашке. Она позволяет мне войти в больницу через заднюю дверь. Внутри меня встречает стерильный коридор, всё вокруг белое и яркое, пахнущее дезинфицирующими средствами и антисептиками.

— Эй, приятель, ты где был? — зовёт голос с другого конца коридора. Силовик в точно такой же форме смотрит на меня, винтовка висит у него на спине. — Нас уже ждут на погрузке.

Погрузке? Решаю подыграть. Направляюсь к нему.

— Сорян. Ходил отлить.

Солдат хлопает меня по спине, уводя в соседний коридор.

— Новобранец, что ль? Не видел тебя раньше.

Чёрт, он меня подозревает.

Пытаюсь вести себя непринуждённо.

— Ага, ну, я был на ночном патрулировании, а теперь перевели сюда. Пока не освоился.

— Да? Я думал, что в последнее время в городе довольно тихо. Патрули всё ещё ходят?

Пожимаю плечами. Тяжесть его руки не даёт забыть, как близко я к врагу. Если бы он только знал, кого держит…

— Ну, их уже заметно сократили. Наверно, поэтому меня перевели.

Он сильнее сжимает моё плечо.

— Что ж, добро пожаловать в отряд зачистки. Держись рядом со мной. Я покажу тебе, что да как тут устроено. — Он улыбается кривыми зубами. — Я офицер Кимбол.

Быстро сориентировавшись, отвечаю:

— Офицер Тёрнер. Друзья зовут меня Ти.

Когда мы подходим к распашным дверям без замков, он убирает руку с моего плеча.

— Ты уже участвовал в зачистке?

— Ещё нет.

Кошусь на длинный коридор. Двери располагаются по обе стороны, и я успеваю заметить минимум шесть силовиков, входящих и выходящих из кабинетов.

— Каждого пришедшего тестируют, а затем разделяют по трём категориям: полезные, модифицируемые и расходные.

— А в чём разница? — спрашиваю я, глядя на двух силовиков, которые ведут пожилую женщину по коридору. Я бы даже сказал, волокут.