– А кто это такой? – спросил я, усаживаясь на бочку, стоящую рядом.

– Это один из самых удачливых и сильных пиратов по эту сторону моря, – пояснила женщина, забросив за спину собранные в длинный хвост чёрные волосы.

– А кто второй?

– Григус, его личный враг, кровожадный маньяк и каннибал.

– Что мне нужно сделать?

– Договорится с кем-то из них. Брукис и Григус знают короткий путь через Море рифов. Они догонят нужный вам корабль и захватят со всем необходимым, – сказала черноглазая Брунита внимательно смотря на меня.

Смотрит в самую суть. Уж не ведьма ли? А что? Очень даже может быть. Гадалка точно. В подполье. Они же тут вроде как вне закона.

– С кем лучше договариваться? – спросил я, наблюдая за возникшим позади Лоником.

– С Брукисом. Он конечно не подарок, но всё же в первую очередь бизнесмен, в отличие от его врага, полного мерзавца и хладнокровного убийцы.

– И как мне заинтересовать его?

– Убейте Григуса и принесите его голову Брукису.

– А что между ними произошло?

– Григус убил мужа сестры Брукиса. Правда, тот тоже был доброй сволочью, – пояснила женщина неожиданно потупив взгляд. – Тогда сможете уговорить его взять себя на корабль и сделать то, что вам надо.

Ну, прямо индийские страсти. Впрочем, чего удивляться.

– Так, орки же уплыли?

– Все кроме этих двух. Брукис сейчас здесь в городе, но корабль его спрятан за мысом. А вот Григус, со своей шайкой, сейчас пьянствуют в «Ржавом маяке». Местные дорогу туда знают.

Воображение живо нарисовало мне картинку из многочисленных экранизаций Толкина где грязные, потные, полуголые орки в полутёмном помещении, освещаемом лишь парочкой масляных ламп или факелов, рыча друг на друга, жадно срывают мощными челюстями с костей мясо, опрокидывая себе в пасти грубые кружки с пивом и проливая большую часть жидкости на грудь.

– Спасибо за помощь, – сказал я, спрыгивая с бочки и уже составляя план действий.

– Не за что. Когда убьёте эту свинью, знайте, что он виновен в смерти моего мужа и отца Дялки.

Кто бы сомневался. Одним выстрелом двух зайцев. «Страшная» женщина. И за дочь отплатила и от старого врага избавилась.

Взмахнув иссиня-чёрными волосами, Брунита неспешно покинула пристань под громкий крик парочки чаек что-то не поделивших друг с другом.

– Лоник! – закричал я развесившему уши гному. – Неси рюкзак. Кажется, сегодня он мне пригодится.

25. Пою песню

В таверне пахло сосной, пивом, потом разгорячённых тел и пережаренным мясом. Ну, чего они его постоянно пережаривают, неужели нельзя приготовить как надо?

– Мы пойдём с тобой, – сказал Рофур, положив руки ладонями вниз на поверхность стола. Рыжая борода его, будто подтверждая слова гнома снова встопорщилась.

Железные, полукругом рассевшиеся на столиках вокруг, с одобрением взглянули на командира.

– Нет, этого не будет.

Наши глаза встретились и некоторое время мои серо-голубые на равных сражались с его серо-зелёными, но, в конце концов, я одержал убедительную победу.

Всё это время Лоник молча смотрел на нас, собирая губами пенку с просто огромной кружки пива.

– Почему? – вспылил Неистовый сжав кулаки. – Григус очень опасен!

– Я тоже.

– У него в команде две дюжины орков. Отборных головорезов.

Компания пьянчужек во всю праздновала окончание очередного дня и громко распевала какую-то песню про молодую жену, старого мужа и козла.

– Помни Полковник, что у орков есть три главных правила. Правила, которые они должны соблюдать, – сказал Лоник, хлебнув из кружки. – Святость поединка, признание старшинства и право трофея.

– Должны, да не обязаны! – вспылил Рофур отвесив лопоухому подзатыльник. – Кыш отсюда, взрослые разговаривать будут!

Пьянчужки заголосили на весь зал, и Одноухий Добур дважды громко стукнул пустой кружкой по столешнице, чтобы обратить на себя внимание. В таверне наступила абсолютная тишина. Хозяин и вышибалы пинками выгнали перепивших клиентов в дверь и поклонились гномам.

– Что с ним не так? – спросил ваш покорный слуга, смотря на понурившего плечи гномика уходящего вглубь зала.

– Это со мной не так! – посуда с недопитым пивом врезалась в стену.

Сделав несколько больших глотков из возникшей буквально по волшебству на столе новой кружки, хозяин даже чистым полотенцем успел протереть стол, гном продолжил:

– Он ублюдок, полукровка. Отец человек, погибший во время взрыва в кузне, мать из гномов – моя бедная сестра, скончавшаяся три года назад. По законам подземного народа ему ни наследовать нельзя, ни завещать. Полноценным членом клана бедняга тоже быть не может. Такие у нас традиции.