Та-да-да-дам! Та-та-та-там!

Дальше Бетховена доиграть мне не пришлось, зеленомордые все разом кинулись на меня. И это была их главная и трагическая ошибка.

Они просто элементарно мешали друг другу и не давали стоящим на галереи стрелкам нормально прицелится в меня. Без толку размахивая клинками, захлёбываясь эмоциями и злобой, они были обречены.

Первый десяток я уничтожил точными одиночными выстрелами. Шаг за шагом отступал к выходу швыряя под ноги атакующим столы, стулья и другую мебель существенно замедлявшую их движение.

Понеся серьёзные потери, орки сменили тактику и начали прятаться. Тогда и я понял, что мне пора наверх. Разбежавшись оттолкнулся от стула, запрыгнул на стоящий у стены посудный шкаф, а с него уже перепрыгнул через перила второго этажа. Дважды по мне выстрелили, выбивая щепки из стены.

Бах! Бах! Бах!

Зачистив второй этаж я, находясь в постоянном движении выцеливал рабовладельцев сверху. Один, два, три, четыре… прилетевшее снизу копьё с экзотическим наконечником воткнулось в стену в десяти сантиметрах от плеча. Пять, шесть… наступила тишина.

– Человек, что тебе нужно? – раздался бархатистый тенор снизу. Вот бы кто мне Бетховена классно напел, может даже Баха.

– Называй меня Полковником Григус! – ответил я, пригнувшись, крадясь по галереи. Помещение было обширным и пока не получалось определить источник голоса.

– Чего тебе надо Полковник? Может, договоримся?

– Зачем? Вас всего двое и мне нужна твоя голова…

Не успел я договорить как снизу на второй этаж дымя, залетела примитивная граната. Закрутившись она оглушительно рванула, начиняя стены и пол неровными чугунными осколками. Впрочем, меня рядом не было.

Взрыв нанёс не столько ущерба, сколько надымил. Одновременно, снизу, по лестнице, топая словно стадо слонов, метнулось два силуэта, один из которых я просто пристрелил, отправив лететь обратно на первый этаж, а во второй всадил сразу два метательных ножа.

Хррр! Ахррр! – кровь, чередуясь с хрипами и стонами, толчками выплёскивалась изо рта пирата. Только сейчас я увидел как выглядел Григус – двухметровый детина в элегантном чёрно-красном камзоле с платком, брошью и чёрными волосами, собранными в конский хвост. Пижон.

– ХАГ!

Не успел я как следует рассмотреть кончавшегося у моих ног противника, как входные двери были к чёртовой матери выбиты и на первом этаже возник ощетинившийся мечами, закованный в броню гномий хирд, а в окно второго, в осколках стекла и отблесках лунного сияния, буквально в трёх шагах от меня, влетел Лоник с арбалетом наперевес.

Ну, прямо Данька, из «Неуловимых мстителей».

27. Эстет

– Раскидай меня на части! Полковник, ну и бойня! Ты снова пугаешь меня! – расхохотался Рофур, расстёгивая ремешок под подбородком и снимая с головы шлем. Остальные гномы тоже с удивлением поглядывали на здесь и там замершие трупы орков.

– Не выдержал значит? Припёрся! – ткнув кончиком ботинка тело Григуса укоризненно покачал головой я, направляясь к спуску с галереи. За мной семенил Лоник закинувший арбалет за спину.

– Да нет, просто нам любопытно с ребятами стало. Вот и решили заглянуть, на огонёк, – сказал Неистовый, сбросив мёртвое тело орка в шитом серебром камзоле на пол и освободив тем самым себе кресло.

Поудобнее усевшись, гном забросил ноги на стол, отхлебнул из бутылки вина и комично напялив на голову треуголку, внимательно на меня взглянул.

– Что?

– Это теперь всё твоё. Правило трофея, помнишь?

– Помню. Но меня интересует только его судно. Хочу отдать его Брукису как плату за то чтобы догнать корабль со своей дочерью. Как думаешь ему этого хватит?

– Более чем кивнул Рофур, – ещё раз приложившись к бутылке вина. – Но сначала собери трофеи.

– Некогда мне этим заниматься, – отмахнулся ваш покорный слуга, размышляя о том, буквально ли Брукис жаждет увидеть голову своего врага или мёртвое тело тоже сойдёт.

– Мы поможем тебе. Пара часов ничего не решит, а тебя сделает богатым, – гном скривившись отбросил в сторону бутылку с вином и не дождавшись моего решения, начал раздавать приказы Железным.

Уфф, ну ладно. Спорить с ним выйдет дольше.

За неполных пару часов гномы буквально перетрясли «Ржавый маяк» обнаружив не только кучу монет, тайников и схронов, но и видно понимая слово «трофей» дословно, сняли всё драгоценное с мёртвых тел пиратов. В результате, в центре зала, на четырёх сдвинутых столах появилась целая куча сокровищ.