– Конечно, – сдержанно ответила она, собрав всю свою волю. – Ты, видимо, уже всё спланировал, верно?

– Именно так, – холодно ответил он. – Я привык всё держать под контролем. Уверен, это тоже будет частью общего плана.

Лиза сглотнула, чувствуя, как её горло сжимается от скрытого возмущения. Он говорил так, будто она – лишь очередная часть сделки, без эмоций и личных интересов. Она едва удерживалась от того, чтобы не выразить свои чувства вслух, но понимала, что ему всё равно. Он так уверен в своём праве распоряжаться её судьбой, что ничего не могло бы поколебать его решимость.

Когда Лиза наконец встала, чувствуя, что разговор исчерпан, она задержалась на мгновение у двери и бросила в его сторону:

– Я постараюсь не разочаровать тебя, Максим, – её голос был наполнен горечью. – Но только знай: я никогда не позволю тебе управлять мной.

Максим посмотрел на неё, слегка приподняв уголки губ в едва заметной усмешке.

– Знаешь, Лиза, меня не так просто впечатлить, – ответил он. – Надеюсь, ты это помнишь.

С этими словами он вернулся за свой стол, полностью погрузившись в бумаги, не обратив на неё больше ни малейшего внимания. Лиза поняла, что их разговор окончен, но в душе что-то продолжало гореть – гнев и отчаяние переплелись, создавая внутренний хаос. Она вышла из комнаты, чувствуя, как её сердце учащённо бьётся, а разум кричит об ошибке. И всё же теперь, когда решение принято, обратного пути не было.

Её ждала неделя, чтобы примириться со своей новой жизнью и подготовиться к свадьбе, которая обещала стать началом самого трудного этапа её жизни. И хотя её согласие стало реальностью, она знала: её душа никогда не покорится этому человеку.

Лиза стояла перед высоким особняком семьи Максима с чемоданом в руке, испытывая смешанные чувства – от смущения до сдержанного гнева. Она долго всматривалась в окна этого огромного и роскошного дома, ощущая себя чужой в этом мраморном королевстве. Здесь всё выглядело так, будто жизни, которые жили за этими стенами, были закрыты для таких, как она. Однако теперь этот дом должен был стать и её домом. Или, по крайней мере, временным убежищем.

Она глубоко вздохнула, осознавая, что здесь не будет ни её уютной спальни с видами на парк, ни привычной атмосферы её скромного дома, где все вещи были дороги её сердцу. Она будто переступала порог в новую реальность, в которой всё казалось холодным и чуждым.

Когда Лиза вошла внутрь, в просторном холле её встретил слуга и формально поклонился.

– Добрый день, госпожа Лиза, – произнес он ровным тоном. – Я покажу вам вашу комнату. Если у вас будут какие-то вопросы или пожелания, пожалуйста, обращайтесь.

– Спасибо, – ответила она, немного смущенная столь официальным обращением. Ей было неуютно от всей этой показной вежливости, но она кивнула, стараясь выглядеть уверенной.

Её проводили через длинные коридоры с высокими потолками и изысканными картинами на стенах. Всё здесь кричало о богатстве и престиже, но Лиза не могла отделаться от мысли, что в этой роскоши нет ни капли тепла. Она вошла в свою комнату и осмотрелась. В отличие от холла, здесь всё было гораздо уютнее. Просторная комната, обставленная в светлых тонах, выглядела изысканно и стильно, но всё равно не давала ощущения комфорта. Это была просто комната, которую ей выделили, и Лиза знала, что, несмотря на все внешние удобства, она всё равно останется чужой.

Сняв пальто, она услышала тихий стук в дверь. Оглянувшись, она увидела Максима, стоявшего в дверном проеме. Его взгляд был по-прежнему холоден, но на лице едва угадывалось нечто вроде скрытого любопытства.

– Как тебе здесь? – спросил он, не приближаясь, словно это была лишь формальность.

– Всё прекрасно, спасибо, – ответила Лиза сухо. Её тон явно не предусматривал продолжения разговора, но Максим не торопился уходить.

– Отлично. Полагаю, ты знаешь, что я буду придерживаться тех же условий, что мы обсудили, – произнёс он, скрестив руки на груди и с прищуром глядя на неё. – Я не вмешиваюсь в твою жизнь, ты не вмешиваешься в мою. Наши комнаты находятся на противоположных концах дома, чтобы, так сказать, минимизировать шансы на встречу.

Лиза почувствовала, как раздражение закипает внутри неё. Он говорил так, будто его присутствие было для неё привилегией, тогда как она старалась напоминать себе, что здесь только ради отца и ради спасения их семьи.

– Буду благодарна за минимум общения, – ответила она, немного приподняв бровь. – Поверь, в последние недели я и так получила больше общения с тобой, чем мне бы хотелось.

Максим едва заметно усмехнулся, но его глаза остались холодными.

– Отлично, значит, у нас полное взаимопонимание, – произнес он с легким сарказмом. – В таком случае, надеюсь, ты здесь ненадолго задержишься.

Он развернулся и вышел, оставив её стоять на месте с чувством опустошения и гнева. Лиза сжала руки в кулаки, пытаясь успокоиться. Его высокомерие и холодность выводили её из себя. Но она дала себе обещание не позволить ему задеть её, и, возможно, это был ещё один вызов, с которым она намеревалась справиться.

Дни шли, и каждый новый день был похож на испытание. Максим, как и обещал, старался не пересекаться с ней, но они не могли полностью избегать друг друга. Всякий раз, когда они случайно встречались в коридоре или в общей столовой, между ними возникала невидимая стена напряжения. Лиза старалась игнорировать его, но не могла не заметить, что его присутствие всегда заставляло её нервничать. В этих коротких столкновениях она видела в нём всё больше черт, которые её раздражали: его самоуверенность, скрытое пренебрежение, сдержанность, которая граничила с холодностью. Однако иногда в его взгляде мелькало нечто иное, едва уловимое – интерес, или, возможно, восхищение, но это было слишком мимолётно, чтобы придавать значение.