Олег на звук открывающегося сейфа даже не выглянул — был занят тем, что подпиливал по размеру и укладывал половые доски, сразу прикручивая их шурупами к лагам, пазы для которых сохранились в основании дома. За то время, что я пыхтел над сейфом, дядя почти закончил укладку. Я глянул, как он сосредоточенно работает, но все же решил отвлечь, чтобы мы могли изучить содержимое сейфа вместе. Иначе Олег точно обидится.

— Олег, тебе веревка нужна? — спросил я, протягивая ему бухту, в которую я свернул отвязанную от себя веревку.

— Вскрыл? — обрадовался он. — Брось ее где-нибудь тут, пригодится. Как я поработал, а?

— Классно, — согласился я. — Выпрут из археологов — а у тебя уже новая востребованная профессия.

— Ну так куда достойней, чем у тебя, — фыркнул он. — За то, чем ты здесь занимался, обычно расплачиваются годами жизни в ограниченном помещении. Тюрьма называется. Ладно, шутки в сторону. Что в сейфе?

— Без тебя не смотрел, так что увидим вместе.

Дверку я все же приоткрывал осторожно. Но она свободно распахнулась, продемонстрировав нам свое нутро. Внутри большого сейфа, кроме развала блестящих побрякушек, оказался еще один, малый, дополнительно запертый, но только на ключ.

Я вскрывать его сразу не стал, поскольку мы могли свободно изучить то, что было защищено хуже. Главным образом это оказались драгоценности и артефакты, а иногда предметы, совмещающие в себе и то и другое.

«Боже, какой хлам, — фыркнул Песец. — В сейфе уважающего себя мага такой ерунды быть не должно».

«Даже артефактов?»

«Эти недоразумения, что там валяются, не следует называть гордым именем артефакт, — воинственно распушился он. — Уж я в этом разбираюсь».

— Песец говорит, здесь один хлам, — сообщил я Олегу.

— Причем приметный и плохо продаваемый. Если вдруг решим сбыть, нужно будет превращать все в лом, — с уверенностью бывалого взломщика заявил Олег.

Но взломщиком пришлось поработать мне: открыть внутренний сейф я сумел меньше чем за минуту. Вот его содержимое оказалось куда интереснее; куча разномастных коробок, поверх которых лежал плоский футляр.

Упаковка была современно, но вот внутри… Из футляра я извлек довольно толстую книжицу с листами, обработанными чем-то вроде пластика, посвящена она оказалась целительской деятельности и написана на языке Древних. Знание его для изучения необходимым не было, потому что текст разбивался огромных количеством схем и рисунков. Можно сказать, по сравнению с изображениями текста было исчезающе мало. Несколько страниц были заложены, в том числе те, на которой речь шла о блоках и артефактах.

— Учебник Древних? — благоговейно спросил Олег.

«Скорее, записи отдельного рода, — возразил Песец. — Видишь, есть возможность вложить страницы, и на последних схем не так много, больше текста».

Подтверждение его слов я нашел тут ж: на верхнем листе было написано, что данные записи должны использоваться исключительно внутри рода, о чем я сразу сообщил Олегу. Книжицу я пока закрыл и полез за остальным.

В коробках, на мягких подушечках лежали рабочие целительские, и не только, артефакты Древних, описание которых наверняка найдется в записях. Нашелся и артефакт по поглощению энергии Проколов. Подозреваю, что все это Живетьевы обнаружили, когда строили дом на месте жилища Древнего целителя.

— А вот и она, — неожиданно сказал Олег, открывая очередную коробку. — Реликвия.

Большой шар был исписан рунными цепочками и утыкан драгоценными камнями, исполняющими роль накопителя. Выглядела эта поделка до отвращения безвкусной и резко отличалась от остальных функциональных и простых на внешний вид артефактов. А еще она казалась незавершенной, хоть там и не оставалось ни клочка места, свободного от рун или камней.