Так что хорошо, если эти мрачные тучи устроят грозу, бурю и прочий там-тарарам. Зараженные плохую погоду не любят и ныкаются по всяким норам. Что нам как раз и надо.

— Готовность к выходу — двадцать минут! — донеслось из коридора.

Мысленно чертыхнувшись, я прикрыл балконную дверь и отправился на поиски Калуги. Найти полковника оказалось довольно просто — поскольку меня уже опередил Белый.

— … спешка нам сейчас нафиг не впилась! До цели два шага, доплюнуть можно. А твари после захода солнца прекращают активничать далеко не сразу. Выждем пару часов, пусть они по норам своим разбредутся и хоть немного задремлют, а там уже и мы двинемся. Тем более, гроза идет, а они её чуют лучше нашего.

— Есть и другие факторы, — неохотно произнес Калуга, — время играет важную роль.

— Боишься, что «крот» своим хозяевам стуканет? — Белый перешел на шепот, как он его понимал: тоном пониже, но все равно вполне отчетливо слышно. — Это риск, спору нет. Но мы и так весь день тут сиднем сидели, пара часов особой роли не сыграет. Да и потом, не все такие дерганные…

— … как я? — закончил фразу Калуга и сам же хохотнул над своей «шуткой». — Возможно. Но закладываться не это не стоит.

— В любом случае, — упрямо продолжил гнуть свою линию Белый, — плюсов больше, чем возможных минусов.

— Плюс… — Калуга на миг задумался. — Тридцать минут. Не больше.

И, не слушая дальнейших возражений Белого, ушел в комнату к «псам».

— Вот упрямый мудак! — уже не сдерживаясь, сообщил Белый в закрывшуюся дверь. — Сам ляжет и нас всех угробит.

— Не совсем так…

— А что не так? — вскинулся на меня Белый. — Ты же все слышал, верно?

— Почти все.

— И что, я не прав? Насчет темноты и прочего…

— В том, что касается зараженных, все так и есть, — подтвердил я. — Вот насчет полковника… с одной стороны, «упрямый», не очень подходящее слово. Тут не упрямство, тут хуже… одержимость, слышал такое слово? — Белый с мрачным видом кивнул. — А с другой, среди полковников, конечно, мудаков хватает даже сейчас, очень уж силен был у военных отрицательный отбор при карьерном росте. Но вот заведовать наукой обычно их не ставят и уж точно долго не держат. Слишком уж много дров могут наломать.

— Кто бы спорил, — улыбка у Белого по вечернем времени вышла жутковатая. — Только, походу, мы и есть те дрова.

Я пожал плечами.

— Мы пока живы.

— Во-во! Пока…

Тут из «женской» комнаты вышла Юлька. За ней опасливо выглянула Микки, увидела Белого и тут же бросилась к нему, словно не видела неделю, не меньше. Последним гордо — словно всегда тут жил и вообще это моя квартира! — вышел Барсик. Несмотря на пережитое, кот выглядел довольным, ухоженным — женщины даже где-то нашли ему ошейник подходящего размера — правда, розовый, с инкрустацией стеклянными сердечками. Ладно хоть без колокольчика…

— Карл, давай в этот раз ты Барсика понесешь? У тебя рюкзак больше, удобнее будет.

— Кому?!

— Ему, конечно же… — удивленно посмотрела на меня Юлька.

— Ну-у… ок. Тогда ты несешь вискарь.

— Какой еще вискарь?!

— Из местных запасов, — я махнул рукой в сторону кухни. — Видела там барную стойку? Сто лет как не пил Laphroaig и Flannery’s, а тут запечатанные стоят. Стояли. Здешний хозяин знал толк в бухле…

— … и прочих развлечениях, — фыркнула напарница. — Мы в спальне нашли… — из коридора высунулся Бубенчиков, — ладно, потом расскажу. Пошли, проверимся перед выходом.

Перспектива тащить «лишние» килограммы меня не очень-то порадовала. Кое-как утешала мысль, что идти недалеко… но — недолго. До момента общего сбора перед выходом.

— Мы возвращаемся обратно на Васильевский! — объявил Калуга. — Пойдем в обход, через Тучков мост.

Ответом ему стал общий стон, хотя географию Питера явно знали не все.

— Че, нам опять через те завалы ковылять?! — возмутился подручный Скелета. — Мы ж там сдохнем!

— Не ссы, второй раз легче будет! — «подбодрил» его прапорщик.

— Да какого хрена…

— Это приказ! — вроде бы негромко произнес Калуга. — Приказы не обсуждаются, а выполняются! Все готовы? Выдвигаемся…

Замысел странного маневра полковника для меня выглядел вполне очевидным. Если в группе действительно есть «крот» и он оперативно сливает информацию кому-то — кому, кстати? — за день давешние наблюдатели уже могли снова занять прежние позиции. Но ждать они нас будут со стороны моста Бетанкура. А что мы можем пойти в обход — на такую глупость вряд ли кто рассчитывает.