— Что я сделал? — Его глаза прищурились. — Я отмерял муку, как ты и просила.

— Ты был слишком очарователен, — пробормотала я.

Его рот дернулся, и я приготовилась к еще одной обезоруживающей улыбке.

— И это проблема?

— Определенно. — Я потянулась к коробке с яйцами, но рука ничего не нашла.

Подняв глаза, я обнаружила, что Джулиан обошел остров с миской и венчиком. Не то чтобы он был менее соблазнительным, когда между нами был гранит. Он усмехнулся, как будто знал, о чем я думаю. Мгновение спустя он пододвинул миску ко мне.

— Держи.

— Спасибо. — Я взяла яйцо, включила миксер и сосредоточилась на перемешивании.

— И что теперь? — спросил он, когда я снова выключила миксер.

— Мы просеиваем сухие ингредиенты и добавляем их сюда, — сказала я. — Затем тесто должно охладиться в течение часа, прежде чем мы сможем его испечь.

— Целый час? Что же нам делать все это время? — Я не упустила из виду, что в его словах проскользнул порочный намек. У меня внутри все сжалось, когда в голову пришли различные варианты того, как мы можем провести этот час.

Но я сохранила спокойное выражение лица и пожала плечами.

— Прибраться?

Джулиан прижал ладони к столешнице и наклонился в мою сторону.

— Ты забываешь, что я чувствую твои эмоции, любовь моя. Я и не подозревал, что уборка так возбуждает тебя.

— Может, мне нравится, когда раковина блестит. — Я приподняла бровь.

Он рассмеялся.

— Все в порядке. Нам нужны и другие традиции.

— Другие традиции? — Мне понравилось, как это прозвучало. Прошлой ночью наши занятия любовью были отчаянными, каждый из нас хотел — нет, нуждался — больше, чем обычно. В этом был смысл. С тех пор как мы приехали на Корфу, у нас не было ни минуты на то, чтобы отдышаться, не говоря уже о том, чтобы подумать.

— Вот увидишь, — сказал он загадочно.

— Я могу читать твои мысли, помнишь? — Я выложила тесто на стол и слепила из него шар.

— Ты испортишь все удовольствие, — предупредил он меня.

Закатив глаза, я завернула тесто и повернулась, чтобы положить его в холодильник.

— Ладно. Будь очаровательным и загадочным.

— Как пожелаешь, — прошептал он мне на ухо, и я обернулась, чтобы оказаться в его объятиях. Джулиан поцеловал меня. — Готова к нашей следующей традиции?

Я обняла его за плечи, предлагая свои губы, но вместо этого он схватил меня за руку и потащил в гостиную.

— Закрой глаза.

— Хорошо. — Мое раздражение было напускным. На самом деле мое сердце бешено колотилось в груди, гадая, что мой мужчина планирует со мной сделать.

— Хорошо, можешь открыть их, — прошептал он.

Я приоткрыла глаза и ахнула. В углу комнаты была установлена гигантская сосна. Под ней стояли корзины, наполненные украшениями, а также несколько веток и маленькая модель лодки.

— Ты нашел елку, — пробормотала я, и мой голос немного дрогнул, потому что у меня перехватило горло.

— Хотел бы я притвориться, что это какой-то грандиозный поступок, но здесь тоже есть такая традиция, — признался он, подводя меня ближе. — В Греции также украшают лодки. Ты увидишь много таких на воде, но во многих домах есть и маленькие.

Я наклонилась и подняла ветку.

— Оливковое дерево?

Он кивнул.

— В древние времена украшали оливковые ветви. Я подумал… — Он сделал паузу и прочистил горло, по его взгляду я поняла, что он нервничает. — Я подумал, что мы могли бы добавить немного греческих традиций, чтобы запомнить наше первое Рождество вместе.

Наше первое Рождество. Я так горевала о том, что потеряла, что не уделяла достаточно внимания тому, что приобрела. Повернувшись к нему лицом, я потянулась, чтобы погладить щетину на его челюсти.

— Прости. Я не брился, — пробормотал он.

Потому что он делал все это для нас. Но в основном для меня — чтобы подарить мне праздник, которого мне так не хватало.

— Я люблю тебя, — прошептала я.

— Значит, я справился? — Он провел ладонью по моему плечу. — Я хочу дать тебе все.

Я покачала головой, и с моих губ сорвался легкий смешок.

— Разве ты не видишь? Ты уже сделал это. Это больше, чем я когда-либо мечтала.

— Включая большую семью, состоящую из сумасшедших вампиров? И угрозы смерти? И…

Я прижала указательный палец к его идеально очерченным губам.

— Все, — оборвала я его. — Я хочу проводить с тобой каждое Рождество.

— Так и будет, — пообещал он хриплым голосом.

— Целую вечность, — прошептала я.

Джулиан замер, даже не дышал. Наконец он открыл рот и медленно произнес.