— По словам Сабины, она больше ни минуты не собирается ждать отстающих.

— Отстающих, да? Это почти комплимент, — сказала я.

— Я, возможно, отцензурировал то, что она действительно сказала, — признал он. Джулиан протянул руку. Как и на балу, она была обнажена — это решение мы приняли вместе. На публике перчатки были обязательны для нас обоих. Но наедине — даже в кругу его семьи — мы хотели, чтобы все поняли. Мы были не просто влюблены. Мы были парой, и ничто не могло нас разлучить.

— Пойдем, пока она не разбушевалась, — предложила Жаклин, улыбаясь нашим сцепленным рукам.

— Она всегда буйная, — проворчала я, вызвав у них смех.

— Это облегчает поиск подарков для нее, — бесстрастно сказала Жаклин.

— Значит, ты вытянула короткую спичку, — сказала я. Мне было интересно, кому досталась Сабина в праздничном обмене подарками.

Джулиан вздохнул и устремил умоляющий взгляд на свою лучшую подругу.

— Скажи мне, что ты не купила ей оружие.

— Не могу поверить, что ты вообще об этом спросил. Конечно, нет, я купила ей что-то для оружия. Женщине нужны аксессуары.

— Chanel теперь выпускает ножны? — Джулиан ухмыльнулся, но наше всеобщее веселье испарилось, когда мы вошли в гостиную.

— Наконец-то! — На Сабине был белый бархатный халат, а ее темные волосы пышными волнами спускались на плечи. На ее потрясающем лице не было макияжа, но все в ней оставалось отполированным и утонченным.

— Дай угадаю, она проснулась в таком виде? — пробормотала я Джулиану.

— Сегодня рождественское утро, — парировала она. Я уже должна была знать, что бессмысленно шептаться рядом с вампирами. Сабина проверила изящные золотые часы на своем запястье. — Как минимум, на несколько минут. Вы могли бы приехать еще до полудня.

— Никто не говорил, что нас ждут на рассвете. — Джулиан проигнорировал ее жалобы и повел меня к дивану, расположенному как можно дальше от нее.

— Как будто ты дома спал, — поддразнил Лисандр.

Я покраснела, вспомнив ленивое утро, которое мы провели в постели, но постаралась сохранить невозмутимое выражение лица.

— Сегодня Рождество. Нет причин торопиться, — спокойно сказал Джулиан. Его рука по-хозяйски опустилась на мое плечо, и я ощутила его аромат, отдающий гвоздикой и древесным дымом.

— Похоже, ты не торопился открыть подарки, — сказал Себастьян, опускаясь на ковер рядом с елкой.

— Сколько тебе — пять? Некоторые вещи никогда не меняются. — Джулиан покачал головой, глядя на младшего брата.

Несмотря на вздохи их матери, насмешки продолжались. По крайней мере, слушать, как они это делают, было приятно. Чего нельзя было сказать об остальной сцене, которая разворачивалась передо мной. Ель была высотой около десяти футов и украшена золотыми перьями и плодами. Но больше всего впечатляла гора подарков под ней — каждый был завернут с невероятной тщательностью. Я прикусила губу, заметив наши подарки Бенедикту и Торену, и подумала, не стоило ли нам приложить больше усилий. Потом я поняла, что для простого обмена подарками их было слишком много.

— Я думала, это просто обмен, — сказала я, не подумав.

— Прошло много времени с тех пор, как все мои дети собирались под одной крышей. Возможно, я немного перестаралась, — высокомерно ответила Сабина. Она устроилась в кресле у незажженного камина, больше похожая на королеву на троне, чем на мать в рождественское утро. Доминик подошел и встал у нее за спиной, изображая защищающего рыцаря.

— Джулиан, вчера прибыла твоя посылка. Я решил, что это какой-то подарок, и положил его под елку.

— Я так и думал, — сказал он натянуто. — Спасибо, что сообщил мне. Это для Теи.

— Для меня?

— Это наше первое Рождество вместе. Я купил тебе подарок. — Он пожал плечами, как будто не видел в этом ничего особенного.

— Я не… я имею в виду, у меня не было возможности купить тебе что-нибудь. — Я запнулась, подыскивая нужные слова.

— Когда у тебя было время, со всеми этими выпускными экзаменами и путешествиями? И моей сестрой, пытавшейся тебя убить? — Он посмотрел на Камиллу, которая не выглядела сожалеющей.

— Вряд ли можно винить Камиллу за такую реакцию, — сказала Сабина. Конечно, она оправдывала убийственные наклонности своей дочери. Вероятно, это генетическое.

— Давайте сосредоточимся на том, что мы собрались вместе, — предложил Доминик. Он поднял хрустальный бокал, явно наполненный спиртным. — И, возможно, всем стоит выпить.

Я повернулась к Джулиану, но он уже стоял, чтобы сделать то, что предложил его отец.

Со своего трона Сабина злобно наблюдала за очередной задержкой, поэтому я выбрала наименее спорную тему, которую смогла придумать.