Откинув замешательство и страх от увиденного, майор нырнул рыбкой обратно, закрыл люк и начал активно раздавать указания. Выведя тактическую карту, он старался как можно быстрее придумать хоть что-то дельное.

Дав приказ продолжить движение на соединение с передовыми силами, на ходу отмечая на карте места под создание оборонительной линии, майор понял, что первоначальный план можно выкидывать в топку. Следовало окопаться, выяснить ситуацию более подробно, прежде чем продолжить наступление, если это вообще возможно.

Именно в этот момент небо озарили горящие болиды, за которыми шли десантные суда противника. В их сторону понеслись множество мелких целей. Майор отдал запоздалый приказ голиафам на отражение воздушной атаки.

Дым от горящей техники уже окутал холмы, и лишь редкие вспышки снарядов нарушали спокойствие тьмы. Сердце майора стучало в унисон с ритмом боя, нарастая с каждой минутой. Он быстро оценил обстановку: впереди слышались неразборчивые крики, отдалённые взрывы и свист пуль. Каждый звук будил в нем мужество, но и страх — понимание того, что может быть последним для него.

Он выдохнул, стараясь успокоить себя. Ситуация накалилась до предела, и кто-то из его бойцов нуждался в помощи. Собрав волю в кулак, майор шагнул на выход, напомнив себе о том, ради чего он сражается. Дом. Долг. Честь.

На передовой, в пекле сражения, он был не просто командиром — он был опорой и надеждой для своих солдат. Каждый его приказ, каждое движение должны были внушать уверенность. Он знал, что за ним стоят его войска, которые будут следовать вплотную, не отступая, даже если все вокруг рушится, они его инструменты войны — смертоносные и прекрасно подготовленые.

Сквозь завесы дыма и огня он приметил цель — группу противника, готовящуюся к атаке. Взяв дробовик, он ощутил прохладу металлического приклада, который, казалось, успокаивал его напряжённые нервы.

И он был готов. На тактический шлем пришли новые данные: ульи атаковали, выпустив орды своих тварей, сметающих всё на своём пути. Местных сил не хватит не то что для противостояния, они даже задержать это зверье не смогут. Если верить данным, толпа зергов прёт целенаправленно в их сторону.

Что же, вариантов нет. Отменяя предыдущие приказы, майор отдал приказ продолжить атаку. Может быть, они хотя бы смогут снести эту базу, прежде чем их сметут. Хотя бы не сдохнут в окружении и нанесут противнику урон. Может быть, это как-то поможет другим.

Набирая скорость, майор отдал приказ броне вколоть стимуляторы. Клонированные болваны бездумно разворачивались в боевые порядки, стремясь прикрыть технику. Добежав до танка, майор забрался на него, стараясь рассмотреть происходящее. Увидев два десятка дропшипов, которые создавали подобие баррикад и откуда по противнику вёлся огонь, он постучал по люку танка, привлекая внимание, и указал рукой в сторону оборонявшихся в смотровой визор. Танкисты его поняли и резко повернули вправо, вжав педаль газа.

Приказав по связи десятку танков следовать за ним, майор решил усилить опорный пункт. Танки должны были перейти в осадный режим и прикрывать клин наступления.

Ворвавшись в полукруг севших дропшипов, майор махнул рукой танкистам, которые уже переводили свои танки в осадный режим, и побежал дальше.

На пути ему встретился медпункт. Медики пытались спасти выживших маринов. На глазах майора молодая медичка с разбитым забралом тащила марина, у которого в груди торчал огромный топор.

Увидев капитана, который яростно раздавал приказы связистам, майор подправил маршрут. Он затормозил возле орущего благим матом капитана, который активно костерил кого-то.

— Капитан Митчелл, докладываю майор: мы в полной жопе, нас явно ждали. Пропустив авиакрыло, они открыли огонь по дропшипам, процентов тридцать снесли в первые секунды. Миражи даже не успели накрыть скрытые системы ПВО, как со стороны гор по ним ударили массовым ракетным залпом. Дальше дроны противника начали нас гасить как в тире. Полковник погиб в первые минуты высадки, успев отдать приказ создать из дропшипов заградительную линию. Уйти им всё равно бы не дали. База — это ловушка, там кроме автоматической системы обороны ничего не было. Как только мы ввели туда передовые силы, базу взорвали. Пришлось отходить и занимать оборону. Основные силы сосредоточены в горном массиве у складов. Предполагаю, что враг смог создать базу в горах, там сильная система обороны, стационарные точки обороны, замечено артиллерийские секреты. Да и щиты, которые вы видели, скорее всего там явно что-то крупное. Залп станций, кажется, даже не поцарапал их щиты. В строю человек семьсот осталось, точные цифры дать не могу. Противник смешанный: ксеносы разных видов и зерги. И зерги нестандартные, не действуют обычной тактикой, имеют высокотехнологичную броню и оруж… — Не успел договорить капитан, как по ним неожиданно открыли огонь. Пара дронов, пройдя на бреющем, разрядилась ракетами, дала залп лазерным оружием, а напоследок сбросила два десятка контейнеров. Взрыва не было, в сброшенных саркофагах были роботы. Выбравшись из своих гробов, они открыли огонь, выбрав своей целью солдат. Часть солдат перевела огонь на роботов противника. Один из маринов, находившийся рядом, попытался атаковать в ближнем бою, понадеявшись на свою броню, но вмиг был перерублен ярким красным пучком энергии. Ценой жизни семи маринов удалось шквальным огнём уничтожить гребанных терминаторов.

Капитану в голову чуть не прилетел энергетический меч, но в последний момент он смог увернуться. Правда, связисту не повезло: лезвие, пробив шлем, начало плавить скафандр. Разрезав полусферу шлема, оно упало на землю, погорело пару секунд, плавя землю, и погасло. Пока мы отвлекались на это, из саркофагов выбежала пара десятков мелких механических пауков. Они прыгали на маринов, технику или ящики с боеприпасами и детонировали.

Пожав плечами, Митчелл кинул напоследок: «Доклад окончил, жду приказов сэр».