Я был впечатлен.

— А что, если я просто убью тебя, да и избавлю себя от проблем? — спросил сеньор Мартинес.

— Тогда мои люди перейдут к Братве, а ты останешься не у дел.

— Люди? — сеньор Мартинес резко огляделся вокруг, в его голосе слышался сарказм.

— Какие еще люди?

— Ты думаешь, что у меня в подвале растут кокаиновые растения? Что я сам их выращиваю, вымачиваю листья и измельчаю? Это делают мои люди...и поверь. Не стоит шутить ни с ними, ни со мной, — теперь была очередь Джулио усмехаться.

Che palle (Да у него стальные яйца). Демонстрация силы была поразительной. Я возбудился и поправил твердый член в джинсах.

— Сколько ты можешь достать? — сеньор Мартинес потер челюсть.

— Двадцать килограммов сегодня.

— И как дешево?

— Один миллион евро.

— За все? — сеньор Мартинес наклонил голову.

— Да. Я знаю, что обычно ты платишь значительно больше, поэтому ожидаю всю сумму наличными. Прямо сейчас.

Сеньор Мартинес кивнул один раз и махнул рукой человеку в задней части группы. Тот вышел вперед и положил кейс на стол рядом с кокаином. Внутри лежали пачки наличных, и сеньор Мартинес отсчитал сумму, которую назвал Джулио.

— В дальнем левом углу расшатанные половицы. Поднимите доски, и найдете там кокаин, — Джулио поднял с пола сумку, а затем засунул в нее деньги.

Сеньор Мартинес послал трех человек, и они быстро сняли доски, после чего пересчитали упаковки.

— Все здесь, — крикнул один из них.

Сеньор Мартинес сказал Джулио:

— Если дело пойдет хорошо, когда мы сможем...

Но Джулио уже скрылся вместе с деньгами. Пакет все еще лежал на столе.

На моих губах заиграла улыбка. Блядь, мне нравился этот человек. Хитрый и находчивый Смелый. Слухи, которые я слышал о его отце, были примерно такими же, с примесью убийцы-психопата. Однако я не знал, что Джулио тоже так умеет.

Я ушел тем же путем, которым и пришел. Вскоре я увидел Джулио, идущего по дорожке. Не поднимая головы, я перешел на противоположную сторону улицы. Так мне будет проще за ним следить в витринах магазинов, а не смотреть прямо на него. Он несколько раз оглянулся через плечо, но сеньор Мартинес и его люди за ним не следили.

Спокойно сняв бейсболку, он расстегнул молнию на сумке. Внутри был рюкзак, в котором, очевидно, хранились все деньги. Он бросил пустую сумку и кепку в мусорное ведро, затем взвалил рюкзак на плечи.

— Идиоты, — сказал он с хитрой ухмылкой.

Едрид-Мадрид. Этот двадцатидвухлетний парень нес за спиной миллион евро.

Я влюбился окончательно и бесповоротно.

Я потер грудь, стараясь унять бурлящую боль на сердце. Давно не испытывал такого сильного влечения к другому человеку. Возможно, никогда прежде. Мне сложно было разобраться. Мы с ним никогда не встречались, но меня к нему тянуло. Мне хотелось укусить его за твердую челюсть и почувствовать его грубые руки на своем члене.

Джулио зашел в свою квартиру. Я арендовал квартиру напротив, но мне было неинтересно смотреть, как он прячет деньги. Я бы предпочел подождать здесь на случай, если он снова выйдет. Я надеялся, что вечером он захочет отпраздновать.

Потому что я хотел это увидеть.

Я все равно убью его… Но не сегодня.

Джулио

Я искал, чем бы отвлечься.

Пока пробирался через клуб, басы эхом отдавались в моей груди. Малага слыла своим дружелюбием к геям, и я легко влился в их ряды. Просто еще один мужчина без пары и в поисках хорошего времяпрепровождения. Ничего серьезного.

Однажды я уже пережил что-то серьезное, и с меня хватит.

Сейчас важнее всего «слиться с толпой» . Кто-то там хотел моей смерти, но я не дам им такого шанса. Пока я не найду и не уничтожу тех, кто несет ответственность за бомбу в машине, предназначенную для меня и ту, что убила Паоло. Я должен вести себя осторожнее, поэтому я часто переезжаю из одного города в другой и меняю свою личность.

Именно поэтому я приходил в такие места, они были многолюдные и анонимные. По быстренькому удовлетворял зуд и уходил как можно скорее.

Мой телефон зажужжал в кармане, и я быстро проверил имя. Папина Мими. Мими — это прозвище Ноэми, моей сводной сестры.

Я отклонил звонок и положил телефон обратно в карман, но не сразу заметил, что есть еще три пропущенных звонка от него. Cristo. Я не хотел слушать, что скажет Фаусто, особенно сейчас. Перезвоню ему, когда закончу здесь.

Хриплый голос с андалузским акцентом сказал мне на ухо:

— La que tu me haces, — комплимент, что-то вроде «Что ты делаешь со мной».

Когда я обернулся, чтобы посмотреть, может ли он быть выбором на сегодняшний вечер, мой взгляд зацепился за другого мужчину в конце зала. Сказать, что он был горяч, значит не сказать ничего. Мужчина был похож на инферно, но не в классическом смысле. Стройный и высокий, с черными волосами достаточно длинными, чтобы показать их естественные волны. Оливковая кожа напоминала мне о доме, а на щеке проходил шрам. От него волнами исходила опасность, и мой член дернулся.