Пришло сообщение от Марко.

Открыв сообщение, я потрясенно замер.

Опустившись на кровать, я уставился на изображение. Оно было размытым и снято под неудобным углом, но это лицо невозможно перепутать с кем-то другим.

Этого... не могло быть. Наверняка какая-то ошибка. У меня зазвенело в ушах, пока я пытался осмыслить происходящее.

Нет, нет, нет.

Парень из клуба? Тот, кто едва не высосал мне мозги через член?

Это был Алессандро Риччи.

Глава 3

Алессио

Десять дней спустя

Санторини, Греция

Я положил в рот еще одну помидорку и зашагал вдоль крыш. По правде говоря, это та часть работы, которая мне больше всего нравилась. Отслеживать цель, оставаться в тени, быть призраком. Никто не знал о моем присутствии, пока я не давал им знать.

Как в ту ночь, когда я позволил ему увидеть себя в Малаге.

Джулио исчез сразу после того минета. Я ненадолго потерял его из виду, но пять дней назад снова нашел его, в Греции.

После Малаги я потратил много времени на изучение Джулио Раваццани. После взрыва машины в Бельгии он перебрался в скандинавские страны. Но полагаю, его средиземноморская внешность не позволила ему там слиться с толпой, поэтому он стал умнее.

Он отправился в места, где люди больше на него походили. Начал работать со своими бывшими знакомыми, чтобы импортировать наркотики и подмять под себя местных дилеров. Когда ситуация стала опасной, а она всегда становилась опасной для человека, работающего в одиночку, то он переезжал в другой город и брал себе другую личность.

Джулио был умен. Его деньги лежали на офшорных счетах, которые почти невозможно было отследить. На людях он носил кепку, чтобы не попасть на камеры видеонаблюдения. Менял телефон каждые несколько недель и никогда не заходил в свои профили в социальных сетях. Он никогда не терял бдительности, за исключением его поздних ночных визитов в клубы.

Джулио не мог устоять перед соблазном анонимных встреч. Каждая из них была такой же, как и в случае со мной. Темный уголок, мужчина на коленях с членом Джулио во рту. Он никогда не предлагал минета взамен, вместо этого он сразу же уходил после того, как кончал, и снова возвращался в свою квартиру.

То, что я был одним из многих, меня не устраивало.

В Малаге все было по-другому, мне было хорошо, и я был удовлетворен, хотя он и не прикоснулся ко мне. Я не мог этого объяснить.

Но знать, что Джулио делал это снова и снова, каждый раз с другим мужчиной? Это омрачало мои воспоминания.

Я напоминал себе, что это просто работа.

Но сложно это забыть. Энцо Д'Агостино крепко держал меня за яйца, и моей единственной задачей было убить наследника Раваццани. В противном случае моя карьера наемного убийцы будет закончена. Пойдут слухи, что я провалился, а после этого никто не станет меня нанимать.

До Фаусто Раваццани также дошли бы слухи, что я нажал на курок в Сидерно четыре года назад. Он стал бы охотиться за мной, используя все имеющиеся в его распоряжении ресурсы.

Так почему же Джулио еще не умер?

Может быть, потому что этот человек казался мне очаровательным. Я знал, каково это — жить скрытно в опасном мире. Я ушел из отчего дома в семнадцать лет и вступил в ряды итальянской армии. К тому времени уже знал, что я бисексуал, и, находясь рядом с таким количеством мужчин, держался настороже. Встречи были мимолетными и очень, очень тихими.

Джулио повернулся и вошел в продуктовый рынок под открытым небом. Зажужжал мой телефон. Пока Джулио ходил по магазинам, у меня выдалась свободная минутка, чтобы проверить, кто мне звонит.

Постучав по стеклу, я ответил:

— Pronto.

— Ты где? — бывшая сотрудница российской разведки, Саша курировала мой бизнес. Она была безжалостной, холодной и методичной. Точь-в-точь как я.

— На крыше, — ответил я.

— Со мной связался сербский...

— Нет.

— Ты даже не хочешь услышать сколько?

— Нет.

В данный момент я не был наемным работником. Когда я закончу эту работу, я смогу уехать в Сербию, или Танзанию, или Новую Зеландию куда угодно. Но сейчас я работал над Джулио.

— И это все?

— Козлина! — выругалась она по-русски. — Я сижу и ничего не делаю, трачу свое драгоценное время, а ты тянешь время. Просто убей его уже и...

Пока я отключил звонок, Джулио расплатился за овощи и уходил с рынка. Мне нужно было двигаться.

Крыши здесь располагались близко друг к другу, что позволяло легко перемещаться по городу сверху. Джулио не подозревал, что за ним следят, хотя держал голову опущенной и ни с кем не разговаривал. Я любовался его широкими плечами, гладкими мышцами под одеждой. Моя бабушка назвала бы его un vero fusto (настоящим красавцем). В последние годы жизни она много смотрела американские реалити-шоу, которые обогатили ее и без того богатый словарный запас.