Алистар потянулся и открыл глаза, встретив мой взгляд. В глазах его сверкнула игривость, и он тихо рассмеялся.

— Я думал, что только я смотрю на тебя, когда ты мило спишь, слегка посапывая, как какой-то одержимый маньяк.

— Пошли в душ. — Мой голос звучит уверенно, а на губах играет похотливая улыбка. Нежно тяну его за руку, и он соглашается, следуя за мной. Создаётся иллюзия, что главная сегодня я, но оба знаем, что это не так.

Мои руки проходятся по напряжённым мышцам груди, опускаясь ниже, пальцы касаются его пресса, и чувствую, как его тело расслабляется под моими прикосновениями. Смотрю в его глаза и жду, когда же ему надоест играть в эту игру. Так происходит каждое утро, довожу его до грани, и когда он срывается… Так происходит и сейчас.

Его сильные руки подхватывают меня под бедра, впечатывают в стену. Он прижимается ко мне всем телом, чувствую, как наши обнаженные тела соприкасаются, оголив нервы до предела. Его горячее дыхание на моей шее. В этот момент всё вокруг исчезает, и есть только мы.

Невероятное блаженство и контраст. Каменная стена душа упирается мне в спину, чувствую ее холодную твердость. В меня впечатывается накаченное тело Алистара, его кожа горячая. Капли воды стекают по нашим телам. Его грубые и безумно нежные губы целуют меня в губы, спускаясь ниже к пульсирующей вене, по телу разливается приятное тепло, усиливающее желание.

Его руки обвивают мои бедра, двигаясь в сторону моей мокрой от возбуждения дырочки, чтобы сильнее раскрыть её. Настолько влажная, настолько сильно жажду ощутить его в себе, что мне даже не требуется дополнительное стимулирование. Алистар читает это в моих глазах и немедленно входит в меня, погружаясь настолько глубоко, что забываю обо всём на свете. Он буквально выбивает из меня все мысли.

Мои когти тут же впиваются в его спину. Мышцы напрягаются под моими пальцами. Мы целуемся с невероятной страстью, и с каждым движением Алистар становится всё ближе и ближе к тому, чтобы доставить мне невероятное наслаждение. С каждым толчком его тело сливается с моим, и я ощущаю приближение вершины блаженства.

— Я люблю тебя больше всего на свете, — шепчет, нежно накрывая мои губы своими.

***

Алистар уехал за моим отцом, и я поняла, что это идеальный момент, чтобы проявить свои кулинарные таланты. Решила приготовить что-то особенное, чтобы порадовать их и показать, как сильно я их ценю. Вкусная еда всегда помогает создать теплую и уютную атмосферу, и я была полна решимости сделать этот день незабываемым.

Первым готово оказалось мясо в горшочке, распространяя вокруг себя невероятный аромат, который мгновенно заполнил всю кухню, создавая ощущение праздника. Легкий салат из свежих овощей, выложенный на нескольких разных тарелках — фрукты и овощи, — добавляли ярких красок и свежести к этому кулинарному шедевру.

Но ведь всегда бывает тот самый звонок, который переворачивает жизнь с ног на голову. Это произошло и со мной. Он раздался в тот момент, когда я меньше всего этого ожидала.

— Добрый день, это Анна? — незнакомый мужской голос, низкий и уверенный, раздается в трубке, словно из-за угла.

— Да, чем я могу вам помочь? — Паника подступает к горлу, словно ледяной водоворот, затягивающий меня все глубже и глубже. Ощущение было такое, будто ледяная вода заполняет мои легкие, мешая дышать.

— Ваш отец попал в аварию….

Дура наивная надеялась, что всё улеглось. Но ничего не изменилось, мой мир в этот момент рухнул.

— Он жив? — с трудом выдавливаю я из себя слова, мой голос дрожит от напряжения. — А что с тем мужчиной, который был за рулем?

— Да, ваш отец жив у него легкое сотрясение мозга, удар пришелся на место водителя… Но за рулем никого не было, только кровь.

Алистар… Он не мог, не мог погибнуть… Я знаю его, он всегда был таким сильным, таким неуязвимым. Он не мог просто так исчезнуть, не оставив следа. Я должен найти его. Я не могу смириться с мыслью, что его больше нет.

Руки дрожат, и я с трудом фокусируюсь на обеде, который приготовила, чтобы встретить отца и мужа. В воздухе висит напряжение. Боль пронзает каждую клеточку моего тела. Сердце колотится в груди, словно пытается вырваться наружу.

В приступе неконтролируемого отчаянья с силой обрушиваюсь на несчастный стол, срывая скатерть. Где-то вдалеке раздаётся звон разбитой посуды, который кажется бесконечно долгим и мучительным, как в замедленной съёмке.

Мои глаза, полные гнева и отчаяния, наблюдают за тем, как осколки стекла разлетаются во все стороны. Не в силах сдерживаться, начинаю кричать, мой голос разрывает тишину, словно раскат грома. Я хватаю стулья и с остервенением швыряю их в разные углы комнаты, словно пытаясь разрушить всё вокруг.

В этот момент я испытываю глубокую ненависть ко всему миру вокруг.

***

Отец застает меня в этом хаосе, среди осколков, а я сижу, почти не дышу. Пустота, разрывающая сердце в клочья, охватывает каждую клеточку моего существа, словно черная дыра, поглощающая свет и надежду.

Он останавливается на пороге, его глаза полны тревоги. Молчу, не зная, как объяснить эту бездну, которая вдруг разверзлась между нами. Слова, которые могли бы дать утешение, застревают в горле, превращаясь в комок боли.