— Деда, неужели ты их совсем не помнишь? — с надеждой в голосе спросила девочка обернувшись.

— Нет, но есть ощущение, — здоровяк сделал паузу, продолжая оценивать, как мне показалось, наш уровень опасности. — что мы знакомы.

— Конечно знакомы! Я же тебе все рассказывала! — она заметно погрустнела. — А ты все забыл.

— Странно, что ты все помнишь. — обратился к девочке Николя.

— А я, наоборот, думала, что только дедушка все забыл. — она вновь посмотрела на Петровича, который подошел ближе.

— Нет, память не потеряли, только мы трое. — тяжело вздохнул я. — Света и Сергей, тоже ничего не помнят.

— Допустим. — решил внести ясность дедушка. — А куда же делись мертвецы, которые, якобы, ходили по улицам?

— Соскучился? — неожиданно выдал стрелок. — Не переживай, со дня на день появятся.

От такого, я знатно так офигел, Злата побледнела, вспомнив тот ужас, который она пережила, а Петрович выпучил глаза. Казалось, что он нас, после таких слов, просто пристрелит, но все обошлось.

— Надо поговорить. — буркнул здоровяк и направился в сторону дома. — Пойдемте.

Разговор оказался не таким длинным, как ожидалось. Петрович, со слов внучки, уже был в курсе ситуации, хоть и списывал все на бурную фантазию девочки. Но, его смущал тот факт, что раньше, она не выдавала ему таких жутких и красочных рассказов, не говоря уже о том, что Злата никогда не видела младшего Карцева, но смогла его описать в подробностях. Правда, она не знала, где могут находиться герои ее истории, а дом, который, по рассказам, был нашей базой — отсутствовал.

— А как получилось, что ты все помнишь? — Петрович посмотрел на Николая.

— Вот, эта штука помогла. — стрелок снял кольцо и протянул его Васильеву.

Андрей Петрович, повертел в руке кольцо и хотел было вернуть обратно, но Коля, неожиданно сказал: — Оставь, пока, у себя, поноси немного. Есть у меня одна теория.

— Оно же не налезет. — хохотнул механик, продемонстрировав свою ручищу.

— А ты попробуй. — я посмотрел на Петровича и улыбнулся.

— Дед, поверь им, оно тебе подойдет. — поддержала меня Злата, хитро улыбнувшись, словно лиса из мультика.

— Как так?! — удивился бугай, разглядев, как колечко увеличилось в размере, принимая точный диаметр его пальца.

— Это система, Андрей Петрович… — вздохнул я. — Будь она неладна.

— Если честно… — сказал Васильев, продолжая разглядывать кольцо. — В последнее время, я, очень часто вижу сны… Точнее, скорее, видения, что-ли… Помню, куда-то мы приехали, нас окружили… Обратно мы на грузовике ехали, необычном.

— А, это вы за генератором ездили. — махнул рукой Николя. — Мы вас спасать помчались. Но, все закончилось хорошо: наших потерь нет, а неприятель получил по щам!

— Значит, это не сон был? — поднял взгляд Петрович, уставившись на меня. — Я-то подумал, что сказок от внучки наслушался, вот и снится всякое.

— Нет, это, и правда, было. — вздохнул я. — И, очень скоро, может повториться.

Потом, я рассказал, что случилось и, что, по моей теории, скорее всего, случится. Петрович, будучи не глупым дядькой, согласился с моими доводами, а когда услышал, что времени нет, сорвался с места, сшибая все на своем пути, ринулся в соседнюю комнату, чуть не выбив дверь.

Алло! Саша! — закричал Петрович. — Вы где?! Бегом из самолета!!! Не важно! Я сказал — бегом из самолета!!! — он орал так, что стекла тряслись, а Злата, поняв в чем дело, обняла поджатые колени, из глаз потекли слезы.

— Родители девочки. — шепнул мне Николай. Да, точно! Они же были в отъезде, когда писец пришел. Тогда, мы деликатно не касались этой темы, делая вид, что все в порядке, что они живы, просто находятся далеко, но, когда-нибудь, они обязательно вернутся. Естественно, все мы, включая ребенка, понимали, что этого никогда не случится, но продолжали обманывать себя.

— Успел… — Петрович плюхнулся на стул и тяжело дыша, расстегнул верхние пуговицы рубашки. — Еще бы несколько минут… И мы бы, снова, их потеряли.

Последняя фраза, мне показалась странной, но, тогда, я не придал этому значение. Еще немного посидев, оценив складывающуюся ситуацию, я спросил: — Ну, так, какие дальнейшие действия?

— Давай координаты деревни. — Васильев стал серьезен как никогда. — Вечером прибудем.

— Это лишнее. — охладил я пыл старого вояки. — Для начала, Андрей Петрович, давай руку. — я протянул раскрытую ладонь.