– Я принимала душ после бассейна. Ты немного рано.

– Я… Да, прошу прощения. – Роберто сглотнул, изо всех сил стараясь не смотреть на пышный бюст, едва прикрытый халатом.

– Пойдем.

Роберто зашел внутрь и последовал за хозяйкой по большому мраморному коридору и вверх по лестнице.

Донателла открыла дверь и впустила Роберто в огромную спальню с высокими потолками.

– Вот, располагайся. А я пока оденусь. – Донателла показала на диван у окна и исчезла в другой комнате.

Роберто подошел к окну и посмотрел на идеально ухоженные просторные сады, выходящие к самому берегу озера Комо. Через несколько минут он опустился на низкий диван и тихонько выдохнул. Донателла Бьянки и ее супруг, очевидно, были безмерно богаты.

– Ну, caro, ты в порядке? – вернулась Донателла, одетая в узкие белые джинсы и черную блузку, подчеркивающую два ее лучших качества.

– Я… Да, спасибо.

Донателла села рядом с ним, согнув длинные ноги.

– Отлично. Я рада, что ты пришел. Шампанского?

Она потянулась за бутылкой, стоявшей в ведерке со льдом на низком столике, и наполнила пенным напитком два бокала, не дожидаясь ответа.

– Спасибо, – сказал Роберто, принимая бокал.

– За тебя и твое будущее! – провозгласила она.

Впервые в жизни Роберто утратил дар речи. Он сделал глоток и попытался вернуть самообладание.

– У вас красивый дом, – выдавил он и покраснел, почувствовав себя глупо.

– Я рада, что тебе нравится. Семья моего мужа владеет им уже больше ста пятидесяти лет. Но, – вздохнула Донателла, – иногда мне кажется, будто я живу в музее. Нам приходится содержать двадцать человек, чтобы они заботились о дворце и территории.

Донателла выпрямила длинную ногу и опустила ее на бедро Роберто.

– У вас нет детей? – спросил он, пытаясь продолжить беседу.

– Нет. Я никогда не стремилась к материнству, – пожала плечами она. – Кроме того, похоже, мы с мужем… не способны зачать ребенка.

– Твой муж, хм… где он? – нервно спросил Роберто, когда большой палец ее ноги двинулся к его паху.

Донателла вздохнула и игриво насупилась:

– Он в Америке и опять оставил меня совсем одну.

– Он часто бывает за границей?

– Постоянно. Он арт-дилер. Проводит много времени в Нью-Йорке и Лондоне. И я сижу тут одна неделями. – Она опустила подбородок и послала ему многозначительный взгляд из-под ресниц.

– Ты не можешь поехать с ним?

– Конечно, могу, но я путешествовала по всему миру и многое повидала, а теперь предпочитаю оставаться дома. Скучно сидеть одной в чужом городе, пока муж ведет дела! А шопинг может надоесть даже мне. Расскажи о себе побольше, Роберто Россини!

– Рассказывать особо нечего, – пожал плечами Роберто.

– Не могу поверить. У тебя есть девушка? – поинтересовалась Донателла.

– Нет, сейчас нет.

– Думаю, ты слишком застенчив. Должно быть, все вокруг сходят по тебе с ума! – Отработанным движением Донателла встала с дивана и обхватила его колени ногами. – С твоим-то прекрасным сильным голосом и другими… прелестями… – Ее рука потянулась к пуговицам его рубашки. – У тебя было много любовниц, верно?

– Я… – Застигнутый врасплох ее откровенностью, Роберто почти лишился дара речи. – Несколько, – выдохнул он, возбудившись за одну секунду.

– Старше тебя? – Донателла склонилась к его шее и запечатлела поцелуй. Ее рука тем временем добралась до цели.

– Нет… Я…

– Значит, я буду первой, – победоносно промурлыкала она.

Утратив остатки самоконтроля, Роберто запустил пальцы в густые волосы Донателлы, а она прильнула губами к его губам.

Три часа спустя они вернулись ко входу в палаццо.

Донателла с улыбкой открыла дверь.

– Это было очень… приятное утро. Позвонишь мне завтра в семь вечера, да?

– Да.

– Хорошо. В следующий раз мы обсудим твое будущее. Ciao, Роберто!

Неуверенно шагая к машине, он иронично покачал головой.

Роберто Россини, опытного любовника и светского льва, только что ловко и откровенно соблазнили.

Милан, январь 1973 года

Розанна открыла дверь в квартиру.

– Лука, Лука! Я дома.

– Я на кухне, piccolina, – отозвался он.