Розанна взяла у него бокал.

– Principessa, я хочу сказать, что ты сделала меня счастливейшим мужчиной на свете. За нас!

– За нас!

Их бокалы встретились. Потом он отвел Розанну в спальню, обхватил ее лицо руками и принялся целовать.

– Ti amo! Я люблю тебя, cara.

Его руки принялись расстегивать пуговицы на блузке. Он сбросил ее с плеч Розанны и провел кончиками пальцев по гладким очертаниям груди, едва прикасаясь к коже. Они повалились на кровать, слившись в объятиях.

Позднее, когда они лежали обнаженными, запутавшись ногами в одеялах, Роберто нежно убрал с глаз Розанны прядь волос. Она приподнялась на локтях и посмотрела на него.

– Хочу есть, – объявила она.

– Тогда я позвоню администратору и попрошу доставить наше свадебное угощение. Будешь фуа-гра с нежным филе-миньон?

– Думаю, лучше пасту, – пожала плечами Розанна.

Роберто закатил глаза.

– Пасту! Ты в «Ритце», в Париже, кулинарной столице мира, и хочешь пасту?

– Да. Большую тарелку пасты и салат. А тебе… тебе лучше следить за талией! – Розанна обняла Роберто. – Я не хочу мужа с брюшком, – поддразнила она.

Роберто с обиженным видом втянул живот.

– Считаешь меня толстым?

– Нет, но считаю, тебе нужно быть осторожным, как и любому мужчине твоего возраста.

– Я женат всего несколько часов, а супруга уже посадила меня на диету! Ну, сегодня пируем, а завтра – может – я буду поститься.

Роберто пошел к телефону заказывать еду, а Розанна направилась в душ.

Поев, они забрались под мягкие льняные одеяла и лежали вместе, разглядывая красивые росписи на потолке. Рука Роберто лениво ласкала ее обнаженное тело.

– Cara, я знаю, что часто это повторяю, но ты преобразила меня. До того, как мы впервые занялись любовью, я думал, что секс и любовь – разные вещи. Теперь я наконец понимаю, как возможна моногамия. Испытав нечто подобное однажды, никогда не захочешь искать удовольствия в другом месте.

– Я благодарю Бога за такие чувства! – промурлыкала Розанна. – И надеюсь, что они останутся с тобой навсегда.

– Principessa, ты понимаешь, сколько людей будут говорить тебе, что ты совершила глупость?

– Да, Роберто, знаю.

– Они будут говорить, что люди не меняются. И это не продлится долго.

– Да.

– Прошу, Розанна, что бы ты ни услышала обо мне в будущем, я прошу, умоляю об одном: помни этот момент! Помни, как я смотрел на тебя и говорил о своей любви. Ты поселилась в моем сердце и останешься там, пока я не умру. Пообещай: ничто нас не разлучит.

– Пока ты можешь вот так смотреть мне в глаза и со мной честен, мы всегда будем вместе. – Розанна уютно устроилась в его объятиях. – Caro, когда мы вернемся из медового месяца, мы можем посетить Неаполь, прежде чем возвращаться в Лондон? – сонно спросила она. – Я очень переживаю, что не рассказала семье о свадьбе. Может, если мы приедем вместе, они нас простят. А еще можно заехать в Милан к Паоло.

– Я… Да, если будет время.

– А завтра посмотрим немного Париж? – прошептала она. – Я никогда здесь не была.

– Да, если замаскируемся от папарацци. – Его лицо на мгновение ожесточилось, но он мягко добавил: – А потом я увезу тебя в место, где нас никто не найдет. Сладких снов, amore mio!

Роберто потянулся и выключил свет. Он устал, но заснуть не получалось. Услышав ровное дыхание Розанны, он выбрался из постели и подошел к окну. Открыл его, впустив в душную комнату прохладный ночной воздух. Париж еще не спал – даже в два часа ночи.

«Пока ты со мной честен…»

Роберто тревожился, сомневался. Каждый раз, когда Розанна заговаривала о возвращении в Италию, у него колотилось сердце.

Кроме того, в его сознании маячила еще одна мысль – то, что он должен ей рассказать, пока она не узнала сама. Жаркий летний вечер когда-то давно в Неаполе… Роберто покачал головой. Она его возненавидит, и гораздо сильнее, чем за Эби.

Оставалось только молиться, что совершенные в прошлом глупости не разрушат его будущего с любимой женщиной.

На следующий день, когда они гуляли по саду Тюильри, держась за руки, молодой остроглазый фотограф заметил Роберто, несмотря на шляпу и темные очки. Спрятавшись за кустами, он достал мощный телеобъектив и приблизил изображение – как раз в тот момент, когда Розанна обняла Роберто за плечи и поцеловала. Затвор щелкнул двенадцать раз, прежде чем их губы разъединились. Фотограф сопровождал их на безопасном расстоянии, прячась за кустами и деревьями после каждого снимка. Они ничего не заметили, несмотря на предупреждение Роберто накануне ночью.