— Скай, — прошептала она. Мое сердце замерло в груди, прежде чем оно возобновило хаотичный барабанный бой. Скай. Скай. Скай. Имя моей дочери было красивым. Идеальный. Я не мог дождаться встречи с ней. «Это ее имя. Я очень надеюсь, что они сохранили его.

Я достал свой одноразовый смартфон и напечатал заметку.

Знаете ли вы, что случилось с ней после смерти ее семьи?

Старуха поправила очки на носу и прочитала мой вопрос, ее плечи поникли.

«Они забрали ее обратно в агентство».

Так я вернулась в северную часть штата Нью-Йорк, в тот самый маленький городок, где родила почти пять лет назад.

Моя надежда мерцала и тускнела с каждым вздохом.

Я не ожидал такого количества препятствий. Наверное, это было по-детски, но почему-то мне казалось, что я найду своего малыша на первой же остановке, и мы с радостью воссоединимся. И все же я был здесь один в номере отеля на Рождество и тосковал по своей сестре, друзьям и, прежде всего, своему ребенку.

Я потянулся за телефоном.

Я села, застонала, и пролистала ее, плотно закутавшись в одеяло. Я проверял свой телефон каждый день, несмотря на то, что знал, что у моих друзей нет моего номера. Меня невозможно было отследить. Однако сегодня мне пришлось бороться с непреодолимым желанием позвонить сестре и поговорить с ней. Я не видел ее лица несколько недель.

Я очень надеялась, что она обрела счастье. Один из нас должен.

Поднявшись с кровати, я подошла к подоконнику, все еще завернувшись в одеяло, и подтянула колени к груди. Был почти полдень, и было очень холодно, несмотря на то, что обогреватель работал на полную мощность. Белое одеяло простиралось снаружи, насколько хватало глаз. Я нашел Spotify на своем телефоне и нажал кнопку воспроизведения. Я не слышал тихих мелодий, но читал слова, позволяя своему воображению разыграться в музыке в голове, надеясь, что она сотрет это одиночество.

Я подняла голову и посмотрела в окно, мысленно напевая слова Ланы Дель Рей на песню «Chemtrails Over The Country Club», играя мелодию так, как я себе представляла, что она будет звучать.

Мое сердце дрогнуло, одиночество сдавило грудь. Рыдания, которые я отчаянно пыталась подавить, обжигали мое горло, а на глазах жгли слезы.

В моей памяти мелькнуло последнее Рождество, которое я провел в одиночестве. Я отчаянно пытался прогнать его, но, в отличие от других случаев, он отказывался отступать. Вместо этого он прорвался, снова разрывая мое сердце.

Моя комната, которая была моим домом последние два месяца, была оформлена в золотых и зеленых тонах. Бабушка наняла бригаду, чтобы они приехали, поставили елку и положили под нее подарки.

Но она не пришла. Конечно, она этого не сделала. Ей нужно было произвести впечатление на мужа номер пять.

Это был еще один удар в сердце, хотя мне следовало знать лучше. Рейна была единственной, кто меня никогда не разочаровывал. Я скучал по ней как сумасшедший. Это была самая долгая наша разлука.

Надев чулки по колено и свитер, доходящий до бедер, я села на пол, выложенный белой плиткой, перед окном, простирающимся от пола до потолка, а затем прочитала ее последнее сообщение на своем телефоне.

Без тебя это не Рождество. Меня не волнуют заразные болезни. Мы могли бы хотя бы видеть друг друга через стекло.

Это была ложь, чтобы удержать Рейну от приезда. Потребовалось немало усилий, чтобы убедить и заверить, что мне почти стало лучше, но в качестве дополнительной меры предосторожности бабушка закрыла ей доступ к деньгам и забрала ее паспорт.

Были времена, когда я представлял, как говорю ей, зная, что мы вдвоем можем исчезнуть, чтобы вырастить моего ребенка в одиночку. Однако мода — это все, чем она когда-либо хотела заниматься, и я не мог разрушить ее мечту. Поэтому я молчал и молился, чтобы он пришел.

Я потянулась к своему ожерелье, на котором висели пейджер и кольцо обещания. Мои пальцы обхватили маленькое черное устройство и нашли кончик.

Нажмите. Нажмите. Нажмите.

Он сказал, что это предупредит его о моем местонахождении, где бы я ни был. Пока это не сработало, но повторяющиеся движения успокаивали меня, как мячик от стресса.

Однако каждый раз, когда я нажимал кнопку, мое сердце трещало сильнее. Я уже знал, что он сломан, но все еще надеялся.

Мои кости тряслись, но это не имело никакого отношения к холоду. Каждый день было новое сердцебиение. Новое разочарование.

Нажмите. Нажмите. Нажмите.