Харадрим двинулся вглубь пещеры, не притронувшись ни к золоту, ни к украшениям. За ним следовал орк, размышляя о раскинувшихся перед ним богатствах. Набирать полные карманы монет ему не очень-то и хотелось. На первый взгляд, это кажется практичным решением — ведь расплатиться ими можно в любом человеческом поселении. Но когда кругом столько драгоценных камней, брать тяжелый и, одновременно, объемный груз казалось глупым. Орк приметил огромный алмаз и ловко сунул его себе за пазуху. Пригодится.

В этот момент, на границе неровного света, отбрасываемого факелом Фасимбы, показалась чья-то фигура. Высокий человек был одет в какую-то серо-зеленую тунику. А в руках держал небольшой и не выглядящий смертельным оружием посох. Когда Сэм подошел к Фасимбе и стал с ним плечо к плечу, за спиной зеленого во мгле он смог различить ещё несколько таких же фигур.

— Вы кто ещё такие? — орк оскалил свои клыки и достал ятаган. — Сейчас накажу!

Его примеру последовал Фасимба, крепко схватившись за свой зубастый меч.

— В этом нет необходимости, — спокойно ответил человек в зелёной тунике. — На мне нет оружия или доспехов.

Он демонстративно похлопал себя по одежде.

— Это же касается моих братьев. Мы все — жрецы Золотого дракона. Вы прошли его испытание. А вот они — нет.

И жрец указал куда-то за спины двух друзей.

— Какое испытание? — спросил Фасимба.

— Испытание золотом. Испытание богатством.

— И? — протянул орк.

— Следуйте за мной, я все расскажу по дороге, — с этими словами жрец развернулся и исчез во тьме там же, где за секунду до этого растворились его братья.

Сэм и Фасимба переглянулись, пожали плечами, но все же двинулись вслед за ними.

Со временем лабиринт стал шире и превратился во что-то, напоминающее огромную трубу. То тут, то там горели факелы, а стены и пол стали скользкими, будто только что здесь проползла огромная улитка. В разные стороны от основного прохода, по которому двигалась эта странная процессия, куда-то вниз отходили другие, более мелкие ходы. Похоже, огромный червь прогрыз эти туннели, отполировав их до блеска. Большая часть жрецов куда-то исчезли, а с двумя путешественниками остался только тот, что говорил с ними. Теперь он шел вслед за Фасимбой, указывая харадриму путь. Следом за человеком двигался не теряющий бдительности орк.

— Вы прошли испытание золотом, — вел свой рассказ жрец. — Теперь вы не только наши гости, но и готовы занять свое место среди нас. Уже много сотен лет наш орден копит богатства в сердце этой горы. Мы управляем экономической жизнью Драконьего города. Да и многих других городов. От нас зависит их благосостояние. Но главная проблема — это найти подходящих для служения неофитов. У такого кандидата полностью должна отсутствовать жадность и жажда наживы. Только свободный от золота человек может управлять Золотым драконом.

— И когда вы ничего не взяли, то доказали отсутствие алчности, — сказал жрец и покосился на грудь орка. Туда, где был спрятан алмаз.

Сэм сделал вид, что не заметил этого взгляда и кивнул, как ни в чём не бывало.

— А что насчет дракона? — не унимался Фасимба.

— Нет другого дракона, кроме жадности, — ответил жрец. — А вся легенда, включая регулярную экспедицию на его убийство, раскручена нами с целью привлечь людей, вроде вас. И нас. Ведь все мы когда-то были охотниками на дракона.

В этот момент, пользуясь тем, что Фасимба не видит, а Сэм разинул рот от удивления, жрец ловко подставил свой посох орку под ноги, и тот улетел вниз по одному из темных боковых туннелей. Харадрим даже не услышал поглощенный сводами короткий возглас орка.

— А как же девушка? Ну, та, которую приносят в жертву дракону? — уточнил он.

— Мы — тоже люди, и хотим простых радостей, — пожал плечами жрец. — Кроме того, мы никого не держим насильно. Правда, ещё ни одна Невеста Дракона не покинула его.

*

Вилл был последним, кто проник в пещеру. Он осторожно, вдоль стеночки, обошел композицию, посвящённую извечной любви гномов и эльфов. Затем достал и при свете лучины стал рассматривать какой-то пергамент. Не иначе, карту. Ну а потом совершил что-то уж вовсе неожиданное: надел на голову тугую маску со вставленными на месте глаз стеклышками и странной шишкой, размером с добрый кулак там, где под маской скрывался рот. Только затем Вилл двинулся вглубь пещеры.

Его путь выглядел осознанным. Человек то и дело сверялся со своим пергаментом и поворачивал то в один, то в другой проход. Наконец, он остановился и осторожно выглянул из-за угла.