А музыка продолжала звучать. Послышался грохот. По стенам храма поползли трещины. Сверху на толпу посыпались камни и штукатурка. В стенах открылись проломы, и туда начали заходить новые зрители — мертвецы разной степени разложения. Они несли в руках небольшие каменные конусы — надгробия, копирующие форму храма Бога Милосердного. Это явно были жильцы небольшого привилегированного кладбища, примыкающего к храму, где хоронили прихожан посостоятельней.

Одновременно с этим картины на стенах начали течь и плавится, оползая на пол. Но нарисованные фигуры не растворялись, а, наоборот, обретали плоть и становились объемными. В то же время со стороны входа в храм послышался мерный грохот чьих-то тяжёлых ног. Створки ворот разлетелись, и на пороге очутились бронзовые статуи со стен храма Единого. Этидве армии, под музыку, двинулись друг на друга.

Инквизитор схватился за флягу и, кажется, в несколько глотков осушил её всю. Но его зелье было бессильно. Люди оказались меж двух огней. Мертвяки швыряли свои камни в бронзовых божеств, а те колотили трупы своими тяжёлыми кулаками, били бронзовыми жезлами, кололи копьями и мечами.

Народ бросился вон с места такого представления, прорываясь в открывшиеся щели в стенах. Тем не менее образовалась давка. Поток зажал и понёс инквизитора и его противника. В какой-то момент Сэм сумел буквально выдернуть себя наверх и пошёл дальше по головам. В прямом смысле этого слова. Настолько толпа была плотной.

Так они и покинули храм. Вовремя! На том месте, где стояло культовое сооружение, полыхнуло. Огромный столб света, ударил в небо, кажется, пронизав собой всю вселенную. От него веяло жаром, но ближайшие строения, в том числе хозяйственные постройки храма остались невредимы. Спустя несколько мгновений столб погас. Стихла музыка. Тишина была такой, что гудело в ушах. Орк и инквизитор подошли к тому месту, где ещё минуту назад был храм. От него остался только огромный оплавленный круг. Присмотревшись, они поняли, что камень превратился в одно гигантское зеркало, в котором сейчас отражалось очистившиеся от облаков ночное небо, на котором ярко светила Ночная богиня.

Инквизитор в нерешительности поднял свою гарроту и посмотрел на Сэма, как бы спрашивая: “Ну что, закончим?”

— Басма есть? — хмуро спросил орк.

Хантер мотнул головой в сторону, давая понять, что не с собой.

— А если найду? — уточнил Сэм.

— Дома у мага, — ответил инквизитор.

— Сходишь? — спросил зеленокожий.

Бывший инквизитор и уже бывший паладин отрицательно покачал головой. Сэм заметил, что по его лицу текут слёзы. Но не чёрные, а самые обыкновенные.

— Тогда отвали, — орк демонстративно повернулся спиной к бывшему противнику. — Пойду найду свой ятаган и лук.

После чего Сэм скрылся где-то среди строений.

“Сколько орка не корми — он клыки точит.”

Народная мудрость.

— Тург! — низкий голос Верена был слышен на всех уровнях тёмной башни.

— Тург! — барон позвал своего приёмного сына, высунувшись в узкое, больше похожее на бойницу, окно. — Тург!

Никто не отозвался. Юного орка нигде не было видно.

— Тург! — чёрный плащ бывшего комиссара уже развивался у каменной стены, огораживающей двор.

— Ты знаешь, ему больше нравится, когда его зовут Сэмом, — Элис стояла на пороге башни, несмотря на солнечную погоду, кутаясь в плащ с воротником из лисьего хвоста. Ведь погода в горах, даже летом, такая переменчивая.

— Ему пока больше нравится быть человеком, — продолжила рыжеволосая женщина.

Годы, прошедшие с того момента, как они с Вереном переехали в деревню Чёрные Пастухи, никак не повлияли на её внешность. Элис выглядела как молодая симпатичная девушка.

— Сэм! — позвал барон.

Но Турга по-прежнему видно не было. Сэма тоже.

— Его здесь нет, — уточнила Элис.

Верен молча посмотрел в её сторону. Из-за капюшона, скрывающего лицо, глаза барона видно не было. Но энергетика чувствовалась.

— Ты куёшь из него оружие, — продолжила его жена. — Ты знаешь, я не поддерживаю, но и не вмешиваюсь…

— Я как раз хотел преподать ему пару уроков работы с чёрным ятаганом! — прервал её Верен. — Это не то, что фехтование с другими клинками. Это важно!

— Я понимаю, — не сопротивлялась Элис. — Но пойми и его. Ему почему-то интереснее науки. Языки. Даже если это Чёрное Наречие. Говорю же, Сэму больше нравится быть человеком.

— Ты знаешь, где он? — прямо спросил Верен.

— Конечно, — просто ответила Элис.

Сэм сидел под одиноким дубом на краю долины, образованной прилегающими к посёлку горами. Рядом, в неглубоком овраге, журчал быстрый холодный ручей. Орк возмужал. Он уже был выше и шире в плечах, чем большинство людей. Длинные бледно-зелёные руки увиты мускулами, словно толстыми корабельными канатами. Сравнительно короткие кривоватые ноги твёрдо стояли на земле, а над верхней губой уже торчали клыки. В остальном же Сэм вёл себя как обычный сельский юноша. Вот сейчас он ждал девушку по имени Тви. Они условились встретиться здесь, на “их” месте. Впрочем, своим местом его считали многие жители деревни, половина из которых была тут зачата.