Шрифт:
Но откуда? Вроде всё успокоилось?
Явного направления Дар не показывал, и я запустил другой алгоритм. Активировал «Панораму» и начал тупо осматривать окружающее пространство, разделив его на условные квадраты.
Сперва непосредственно дирижабль.
Обшивка целая, каркас не поломан, гондола на месте. Летучий газ вроде не травит нигде. Все три винта работают без перебоев. Киль и рули высоты без следов повреждений. На всякий случай я осмотрел «Архангела» дважды, после чего расширил сектор обзора.
Мог бы не напрягаться — ощущение, что нырнул в молочный кисель.
Дирижабль превратился в размытую кляксу, и, если бы не ходовые огни, я бы его совсем потерял. Вокруг только буйство стихии, потоки воды и промозглая муть. Увидеть хоть что-то в таком месиве, а тем более рассмотреть, не представлялось возможным.
Но «Чувство опасности» только усиливалось, а «Направление максимальной угрозы» закручивало позвоночник винтом. С подобным проявлением Дара я раньше не сталкивался. Казалось, что кто-то водит вокруг меня хоровод, готовясь напасть. Как акула, честное слово.
Я начал отслеживать пространство по спирали, в такт ощущениям в спине, выбрав центром пятно дирижабля. На четвёртом витке поймал среди туч намёк на движение.
Оно?
Чаши «Весов» показали, что да. И ещё сообщили, что это «оно» очень опасное. Для меня лично и для всех, кто сейчас пребывал на борту «Архангела Уриила». Вероятность катастрофического исхода — девяносто восемь процентов.
В разрыве облаков промелькнула бочкообразная туша с парой коротких не то плавников, не то крыльев. Очень похоже на раздутый самолёт вроде первых советских истребителей. И в то же время мы сейчас находились над Дикими Землями, а там всякое может летать.
Подключив «Обнаружение жизни» и «Эмоциональный окрас», я увидел два красных пятна окрашенные жаждой убийства и азартом охотника. И яснее не стало. Это могли быть как хищные твари, вылетевшие в поисках чего бы сожрать, так и пилоты-наёмники, получившие контракт на убийство.
Гадать я не стал. Дар Интуита подсказывал, что скоро нас атакуют.
— Капитан! — крикнул я во весь голос. — Два неизвестных объекта рядом с судном. Готовятся нападать.
— Почему посторонние на мостике?! — рявкнул он обернувшись.
Да ёкарный бабай, я считал его поумнее.
— Кэп, давай все вопросы потом. Объявляй боевую тревогу!
И чтобы убить на корню все ненужные разговоры, придавил «Убеждением».
Помогло.
— Боевая тревога! Всем стоять по местам! Орудийная палуба доложить обстановку! — громыхнул капитан.
— Штатно, вашбродь… — откликнулась в динамике орудийная палуба, потом послышался сдавленный матерок и новый доклад. — Наблюдаю движение. Объект опознать не могу. Ох ты ж, ежа мне в штаны, да их тута двое! Идут на сближение.
— Открыть предупредительный огонь. Не отвернут, стреляйте на поражение.
— Эт мы со всем удовольствием, вашбродь… А ну-ка, иди сюда, голуба.
Похоже, не отвернули.
«Направление максимальной угрозы» толкнуло в висок, в шею, в плечо и ниже до левого тазобедренного. К чему? Я не стал выяснять. Схватил Катрин за шиворот, вышиб дверь в рубку ногой и вместе с девушкой вывалился в коридор.
Через секунду на мостике разверзнулся огненный ад.
Глава 25
Пулемётная очередь прошила панорамные окна.
Звон стекла, треск ломаемых переборок, крики раненых. Через секунду всё это утонуло в разрывах артефакторных зарядов.
«Ёкарный бабай, всё-таки истребитель», — подумал я, толкнул рыжую на пол и упал сам, подминая девушку под себя.
Она возмущённо пискнула, дёрнулась. Я придержал. Нас накрыло волной осколков, обломков и щепок.
— Что это было, Мишель? — сдавленно просипела Катрин.
Я не ответил — работал с Дарами.
«Чувство опасности» и «Направление максимальной угрозы» действовали сами собой, но «Панорама», «Обнаружение жизни» и «Эмоциональный окрас» требовали концентрации. Возможности «Визора» по-прежнему ограничивала плотная облачность, но остальные способности дали понять общую ситуацию.
Первый пилот (их я видел, как две красных точки) отстрелялся по мостику, нырнул вниз и пошёл на разворот для второго захода. Его напарник атаковал с кормы. И, похоже, удачно. Громыхнуло, дирижабль вздрогнул всей тушей, облака завихрились от удара взрывной волны. Свинцово-серая муть окрасилась в багровый, оранжевый, чёрный. И, судя по всему, мы только что лишились хвоста. Скорее всего, целиком.