Он был выше и сильнее чем Шидж, но Нобу Итиро был шире в плечах. Да и Кио Сабуро был совершенно точно тяжелее и мощнее, хотя и заморышем Владыка Кицунэ не выглядел. Скорее мускулистый и поджарый. Его лицо было бесстрастным, безусловно красивым…но недобрым. Хотя… оно было скорее безразличным. А еще, как мне показалось, — жестоким, потому что эти холодные глаза и тонкие губы не умели улыбаться. Ну, или разучились. Что тоже вполне возможно. Даже у Кио в глазах иногда появлялись веселые смешинки, а губы растягивала вполне искренняя улыбка. Этот древний лис так явно не умел или очень давно не практиковал. Да, он был очень стар, по людским меркам, скорее — вечен. Но выглядел так молодо, что это могло сбивать столку.

— Ты занятная. Как я и ожидал, — завершив осмотр сказал Владыка. Его голос был не совсем понятен: и густой и в то же время легкий, с неуловимыми, завораживающими обертонами.

Я снова поклонилась, но на этот раз распрямилась, не застывая в поклоне, вот только глаз на него я не подняла и рта не открыла.

Кио как-то обмолвился, что у Владыки Кицунэ есть имя. Изэнэджи Шин «мужчина, который приглашает». И в моих ощущениях сейчас сложились в единое целое и это имя, и этот мужчина. Владыка Кицунэ и в самом деле мог пригласить куда угодно. И на свидание с вечностью и болью, и на танец радости и счастья. Только мне ни то ни другое приглашение не подходило. Не хотелось иметь дело с этой холодной глыбой льда.

— Как и все лисички Меняющие реальность, ты уникальна. Меняющих, давно не было, и я уж было думал, что больше и не появится. Я буду ждать от тебя необычного. Надеюсь, что ты меня не разочаруешь, — продолжил он.

Я снова поклонилась и выпрямилась. Рта не открывала и глаз не поднимала. Просто образцово-показательная лисичка. Прямо вот сейчас можно на доску почета.

— Уже знаешь свое первое задание? — спросил он.

— Да, Владыка. Как у всех лисичек. Выйти к людям, найти мастера мечей и выковать свое собственное оружие. Учитель Нобу Итиро обещал сходить со мной, Владыка, — открыла я рот и тихо, с почтением в голосе, ответила.

— Замечательно. Постарайся не натворить ничего там. У тебя будет на это другое время и другое задание. А сейчас просто сходи и вернись.

— Конечно, Владыка, — снова поклонилась я.

— Я всем приходящим ко мне в первый раз лисичкам делаю подарок. Даю возможность задать мне один вопрос, и я обещаю, что честно на него отвечу. Что ты хотела бы узнать? Вопрос нужно задать прямо сейчас. Обдумать у тебя шанса нет. Говори! Я слушаю! — приказал он.

Я быстро подняла на него взгляд и поняла, что отвертеться не получиться. Так почему бы и не спросить?

— Почему…

— Смелее. Обещаю, что ничего за вопрос тебе не будет. Это подарок, — вдруг подбодрил он меня.

— Почему Долина и вы, Владыка, так не бережёте лисичек-кицунэ? Почему не защищаете и даете совершать глупости, которые заканчиваются смертью. Почему даете погибнуть и не предотвращаете это? Дело ведь не в невозможности, а в нежелании? — спросила я и осмелилась посмотреть ему в глаза.

В его глазах был холод. Но на мгновение мне показалось, что в них мелькнуло любопытство. С таким любопытством за работой муравья можно наблюдать. Дотащит тяжелую соломинку или нет.

— Странный вопрос. Обычно спрашивают о любви… о страсти… Иногда просят древних знаний. А еще спрашивают, где можно раздобыть могущество. Или найти интересный артефакт. Или интересуются, какую магию добавить в рукоять будущего меча. Бывает, любопытствуют, как стать Владыкой…

Я снова поклонилась. От поклонов моя тренированная спина не отвалится, а вот голова в случае их недостатка может слететь.

— Что ж… Хорошо. Я отвечу тебе. Зачем… Скажи мне, девочка, сколько рисинок в колоске риса?

— Примерно сто, Владыка? — ответила я, пока мало понимая к чему он это говорит.

— Это в плохом колоске. А в хорошем может быть в два раза больше. Так зачем же мне выращивать плохие колоски? Все лисички — это Рис богини Инари. А риса в колоске много, но только хорошие зернышки нужны. От слабых нужно избавляться, — ответил он.

Я не возражала. Да, закон джунглей. Выживает сильнейший, и каждый сам за себя. Но это джунгли…. А я человек? Или все же лисичка? А значит животное, и должна жить по этим законам?

— Вот скажи мне девочка, твоя слабая подружка, что погибла вчера… Если бы ты смогла ее спасти, и она выжила, был бы хоть один шанс, что в дальнейшем тебе бы не пришлось спасать ее снова и снова? И не привело бы это тебя к гибели? Я уже не говорю про такую вещь, как предательство! Уверена, что нрав погибшей лисички был тебе по нутру? Как знать, возможно, однажды ее зависть и подлость привели бы тебя к смерти… — продолжал рассуждать он.

«Или второй шанс заставил бы ее задуматься и, став умнее, она бы научилась жить по другим правилам и законам? И это я уж не говорю о том, что смерть ставит окончательную точку, и уже ничему не учит того, кто погиб», — подумала я, но вслух этого не сказала, а только снова отвесила традиционный поклон. Удобная штука эти их поклоны. Может выражать все, что угодно. И согласие, и просто смирение, и преклонение, и нежелание спорить. Пусть Владыка сам выбирает, что ему по душе!