Ольга Григорьевна отложила в сторону тетрадь, которую так и держала в руке и вышла на кухню.

Марина сразу же схватила тетрад и стала листать. Моно было и не листать, там лежала закладка.

— Вероятно, Ольга Григорьевна заложила её для себя, — подумала Марина и стала читать

Прочитала и задумалась: — неужели так просто?

Аккуратно закрыла тетрадку, положила на место и сразу пошла на кухню помогать бабуле готовить и не видела, как книжечка полыхнула красненьки, «посылая» сигнал своей хозяйке, что информация была доведена.

А стоящая на кухне в этот момент Ольга Григорьевна улыбнулась:

— Молодец, девочка, ты справишься.

Ольга Григорьевна спросила:

— А как ты себя чувствуешь, Марина

Марина сразу поняла в чём вопрос, но она точно пока никого не хотела, ну кроме Мира.

Если бы здесь не было Ольги Григорьевны, то она бы нашла момент «поприставать» к любимому, она так давно его не видела

— Ольга Григорьевна, — спросила Марина, — а вы знаете сколько мне осталось?

На этих словах вернулся Владимир, волосы у него были влажные, переоделся он в какие-то домашние брюки, на торсе была надета белая футболка, гневно взглянул на бабушку и спросил:

— Что ты ей сказала, бабуля

— И тебе привет, внучек, а почему такой тон, — не осталась в долгу Ольга Григорьевна.

— Прости, бабуля, я просто нервничаю, задам вопрос по-другому:

— Почему вдруг вы начали обсуждать эту тему?

Марина поспешила успокоить любимого, прижалась к нему и так они и сели за стол «прижатые»

Ольга Григорьевна встревожено спросила Марину:

— Тебе холодно?

Марина кивнула головой.

Пока ели, думали над планом. Владимир хотел идти в Сопротивление, но не хотел туда втягивать Марину. Марина спорила, надувала губы и не соглашалась оставаться в стороне:

— Я и так втянута в эту войну, по самые мои уши, поэтому иду с тобой

После еды, Марине захотелось ещё плотнее прижаться к Миру.

Ольга Григорьевна заметила, что Марина ёжится и спросила:

— Ты поела и тебе всё равно холодно?

Марина кивнула, а бабуля сказала:

— Похоже началось, вам надо торопиться.

Владимир недовольно покосился на бабулю:

— Ну куда нам торопиться? С нами столько всего произошло. Хотя бы сегодня можно нам побыть здесь. Завтра решим.

После ужина Ольга Григорьевна засобиралась:

— Ладно, поеду в резиденцию, надо понять, что там сейчас происходит. Белозёрский собирается сам жениться на Анжеле Крестовской.

Владимир приподнял брови, но промолчал.

Проводив бабулю, вернулся в гостиную, где Марина, сжавшись и обняв себя руками, сидела на диване.

Присел рядом, потянулся, обнял, зашептал жарко:

— Прости, прости, ведьмочка моя, что втянул тебя во всё это. Как же я соскучился по тебе.

Марина гладила его по руке:

— Смотри, твой оте…прости, Белозёрский магию забрал, а узоры стихий с твоей руки не стёрлись. И у меня смотри тоже яркая вязь, словно красками нарисованная.

И Марина вытянула руку перед его глазами.

Владимир начал целовать тонкое запястье, постепенно поцелуи сместились на ладонь, поцеловал ладонь, стал выцеловывать каждый пальчик. Свободная рука Марины зарылась в волосы мага. Но мага ли? Глаза Марины были прикрыты, и она не видела, что в волосах любимого то и дело мелькают цветные искры.

Вскоре уже Марина сидела на коленях у Владимира, кофточка улетела, лиф тоже, и Владимир зарывшись лицом посасывал то один сосок, то другой, Марина, запрокинув голову постанывала. Может и вправду так действовало проклятие, только вот чувствовала она себя словно кошка, ей хотелось, чтобы и целовали её везде нежно, и в то же время хотелось, чтобы взяли жёстко, до боли сжимая руки на бёдрах, так, чтобы следы остались.

И Владимир словно почувствовал её желание, вдруг сам застонал и стал целовать яростно, оставляя красные следы на белой коже.

А Марина опустилась с его колен, встав на колени на ковёр, возле дивана, потянулась и дёрнула за домашние штаны, Владимир, чуть приподнялся, Марина стянула штаны вниз и член, освобождённый «из плена», дёрнулся вверх.

Володя попытался поднять Марину, но она замотала головой:

— Я хочу, подвинься ближе. И… если что-то сделаю не так, ты мне скажи

Марина приподнялась, одной рукой обхватила член, удивившись твёрдости и бархатистости, и лизнула головку, слизывая появившуюся смазку. Потом обвела языком вокруг головки и услышала сдавленный стон.