– Конечно, ваше величество. – кивнул Корбрей одному из Рыцарей Грааля и уже через пару секунд к губам Гарденера поднесли флягу со святой водой, что должна был хоть немного восполнить силы и залечить возникшие ранения, навроде внутренних и внешних кровотечений.

– Это невозможно. Невозможно. – шокировано произнесла Аша Грейджой, уже давно перестав сопротивляться тем, кто её пленил. Взгляд девушки судорожно метался, пытаясь найти родовой замок, но всё было тщетно. Оставалось только поверить в происходящее, но разум отказывался делать это до последнего. – Человек не может быть способен на это. Да, кто ты такой? – перевела она взгляд на Эдмунда – виновника всех бед. Хоть король Простора и был практически иссушён и ослаблен своим деянием, но он не мог позволить себе ударить в грязь лицом, а потому расправил плечи и прошёл вперёд, оказываясь на расстоянии в нескольких шагах от дочери бывшего лорда-жнеца Пайка.

– Я – король Простора, законный и полноправный, тот кого вы посмели оскорбить и ограбить. И сегодня, именем Семерых, я положу конец вашему мерзкому укладу. – отвернулся от девушки Эдмунд, после чего обратился к своему главному военачальнику. – Лорд Рендилл, выведите остальных пленников. – отдал приказание Гарденер и Красный Охотник без лишних слов повиновался ему.

Трудно было найти того, кто не был впечатлён произошедшим, и Тарли не стал исключением. Сейчас в его глазах король Простора превратился не просто в достойного сюзерена, а в сюзерена, которого ни в коем случае не стоило злить или перечить. Для своего же блага, конечно. Драконы, ха! Лорд Рогового холма никогда не видал этих огнедышащих ящериц в живую, но случившееся было не менее эффектным, а где-то и поболее. На глазах мужчины свершилось невозможное. Конфликт за конфликтом, но Эдмунд выходил победителем, обладая силой недоступной простым смертным. С такой силой стоило считаться, особенно после того, как на его глазах стены любой крепости превратились в бесполезную каменную насыпь и ничего более.

– Вывести всех! – зычно крикнул Тарли и застывшая в трепетном молчании толпа просторцев словно ожила. На короля смотрели, как на воплощение легендарного Гарта Зеленорукого. И всё же прерывать молчание никто не торопился. Быть может позже армия взорвётся обсуждениями увиденного, но сейчас первостепенным был приказ не столько Красного Охотника, сколько короля, живой легенды в их глазах.

К раненному Виктариону Грейджою вытолкнули иных железнорождённых лордов, которые не могли наблюдать за случившимся из толпы, но не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы сложить два и два, особенно после того, как вместо Пайка перед их глазами предстало пустое прибрежное пространство. Грозные островитяне не боялись смерти или расправы, но увиденное заставило почитать Эдмунда, как самого страшного врага за всю их историю. С такой силой зеленокровный король может не оставить от их замков и камня на камне. Крыть им было нечем. Ни гордый флот, ни крепкие стены не смогут остановить просторцев, а значит сейчас у них не оставалось иного выбора, как принять всё, что Гарденер скажет, даже ценой собственной гордости, если потребуется.

– На колени. – чётко произнёс Гарденер, даже не повышая голос. Однако, всё внимание было направленно именно на него, так что островитяне быстро подчинились, ибо ловили каждое слово вплоть до последней буквы.

Эдмунд внимательным взглядом обвёл фигуры десятка железнорождённых лордов и пришёл к однозначному выводу – своего решения он не изменит. В их глазах не было страха, только вызов и немного опасения. Чтобы он не сказал и не сделал, они не изменятся. Будут служить ему из страха, но рано или поздно сбросят с себя поводок, лишь поймут, что Гарденер не вечен. Так было и будет всегда. Мужчина испытывал бурю эмоций, решение давалось ему тяжело. Взгляд его мрачнел с каждой секундой, а кулак невольно стал сжиматься. Пришло время сделать то, что было должно и он не имел право струсить. Не ради себя, а ради жителей Простора и иных земель Вестероса.

– Смотрю я на вас и вижу, что с вами не имеет смысла говорить. Вы не изменитесь. Ваш мерзкий уклад настолько глубоко впитался в ваши души и стремления, что их ужасная суть лежит предо мной, как на ладони. Я не жесток, но порой приходится принимать решения не ради себя. – начал свою речь Гарденер, подбираясь к самому главному постепенно, чтобы собраться с мыслями. – Видят Семеро многие года их жрецы и не только они пытались наставить вас на праведный путь. Без грабежей и насилия, лишь бы вместо разрушения вы стали создавать. И всё же их попытки были тщетны. У меня нет права совершить ту же ошибку. – покачал он головой и сам сожалея о том, что сейчас скажет.

– Не мути воду. Король ты или портовая девка? – неожиданно для всех подал голос Виктарион Грейджой. Мужчина уже как несколько минут понял то, что хотел сказать им Гарденер. Это решение он уважал, не смотря на последствия для его семьи. Если бы мог, то и сам бы так поступил, но вот слушать нудные обвинения и причитания об их неправильности не желал. – Заканчивай с этим, да поскорее. – почти прорычал он, но тут же получил удар под дых от одного из особо инициативных стражников, что посчитал наглое высказывание Грейджоя, как оскорбление короля, а потому поступил так, как и каждый на его месте.

– Как пожелаешь, Грейджой. – остановил дальнейшее избиение мужчины одним лишь взглядом Эдмунд. – Властью, данной мне по праву завоевания. По праву силы, окромя который вы ничего не признаёте. Я приговариваю всех к смерти. Лишаю благородного статуса и владений. Вам будет отказано в праве на поединок, т.к. вы безбожники и преступники. Все, вплоть до мозга костей. Вам будет отказано от права служения на Стене, ибо вы лишены доверия или каких-либо заслуг. – как гром среди ясного неба прозвучал приговор Гарденера, заставляя пленников невольно застыть от удивления. – Приговор будет приведён в исполнении на месте. Лорд Тарли. – указал на Красного Охотника Эдмунд и тот охотно обнажил свой валлирийский клинок, а вслед за ним также поступили и рыцари Белой Длани во главе с Корбреем.

Лорд Рогового холма и сам слегка опешил от приговора, однако быстро оправился. Сейчас он проникся к королю ни с чем несравнимым уважением. Немногие на его месте решаться на подобное и похоже на смену старой действительно приходит новая эпоха, где законы и традиции, не имеющие ни чего общего с реальностью должно были исчезнуть. Для мужчины было непривычно следовать за сильным и решительным лидером, и всё же чувство сопричастности с чем-то, что меняло сам ход истории, было приятным. Без полумер и ограничений Тарли был уверен, что теперь Простор ожидают только самые лучшие времена. Воин окончательно убедился, что поставил на нужного кандидата. «Осадник» бы не за что не пошёл на такие крайности, а Гарденер пошёл и это он уважал.