Большинство преданных фанатиков Утонувшего бога было среди жрецов и бывших лордов. Первых считай повыводили ещё во время карательного похода ныне почившего Красного Охотника, а вторых же навечно заключили под стражу в Эдмундхолле, выстроенном заместо Пайка, как новое родовое владение Фланов на этих берегах и первая крепость андалов. Новоявленные властители Пайка и Солёного Утёса не стали выдумывать ничего нового и присудили поселениям названия в первую очередь ассоциирующиеся с благословенным королём, что и возвысил их до нынешних высот.

Пока что Эдмундхолл представлял собой больше тюремный острог нежели сильную крепость или место обитания властвующего рода, но то был лишь вопрос времени. В порт стекалось множество торговых кораблей с материалами для строительства и укрепления опорного пункта власти андалов. Пройдёт всего десяток лет и уже никто не сможет усомниться в том, что андалы пришли сюда на многие и многие года вперёд. Однако, было ли у них это время? Или быть может стягу Белой Длани было суждено померкнуть на сей скудной суровой земле?

Ответ на этот вопрос лежал прямо перед глазами у портовой стражи и патрульных галеасах, что охраняли подступ к главному и пока что единственному достаточно крупному городу на Пайке. К слову говоря, название острова также было изменено в угоду новым веяньям, но на этот раз король отказался от чести поделиться своим именем ещё раз. Так Пайк стал Великим Светочем. В честь веры и той трагедии, что произошла в Староместе несколько лет тому назад. Правда название уж слишком походило на таковое у бывшего владения Фарвиндов. Тот остров назывался Одинокий Светоч и лежал отдельно от основного архипелага, являясь самым западным владением королевства на данный момент. Впрочем, новое название острова так и не прижилось в отличие от остальных, правда и это было делом сменяемости поколений.

Однако, сейчас защитникам Эдмундпорта не было никакого дела до названий или чего-то подобного. Скорее их беспокоило несколько десятков крупных кораблей, устремившихся в порт. Такое количество кораблей не могло принадлежать торговцам, да и не выглядели сии суда купеческими. Скорее наоборот создавали ощущение неминуемой опасности. Будь это королевский флот гранд-адмирала то жители бы смогли легко узнать об этом по заметным стягам и белым парусам. Только вот у этих кораблей паруса были тёмными, а герб… герб скажем так не вызывал никакого доверия.

Тревожный красный глаз с чёрным оком под чёрной железной короной, что поддерживали два ворона. Такого герба среди андалов никто не знал, что могло говорить только об одном – к берегам острова шёл враг. Решительно и стремительно, причём с весьма крупными силами. К нападению защитники Эдмундпорта уж точно готовы не были, тем более к такому.

Конечно, существовала угроза нападения Ланнистеров, однако же львы были решительно настроены сохранить флот для собственных нужд, не видя возможности как-либо использоваться его для получения преимущества в нынешней войне. Именно поэтому гарнизон и жители города посчитали, что находятся в безопасности, и, как оказалось, зря. Очень зря.

– Немедленно сообщите о нападении лорду Флану в Эдмундхолл. – отдал приказание своим людям начальник гарнизона города, с тревогой наблюдая за приближающими судами. Уже стала виднеться знакомая символика железнорождённых и спокойствия этого в настрой рыцаря не добавляло, а скорее заставляло задавать вопросы, на которых пока что не было ответов. – Боюсь нам понадобиться вся наша сила, что есть на Великом Светоче, дабы удержать остров. – уже скорее самому себе прошептал начальник гарнизона, нежели кому-то ещё, а в это время патрульные галеасы уже выдвинулись навстречу незваным гостям, дабы заблокировать их в море, или по крайней мере попытаться это сделать.

Эурон Грейджой предвушающе ухмыльнулся, глядя на то, как забегали зеленокровные в городе и на бортах своих хлипких безвкусных судов. Вороний Глаз спустя много лет вернулся наконец домой, где теперь хозяйничали те, кого он презирал всеми фибрами своей души. Просторцы. Жеманные выскочки, заботящиеся скорее участием в пирах и турнирах нежели чем-то другим. Омерзительно, как и то, что теперь от его дома не осталось практически ничего кроме самого острова. Ни родового замка, ни города, что всегда встречал его, как героя, а не захватчика. Что же, поры бы показать возомнившем о себе невесть что жителям континента кто истинный хозяин этих вод, земли и небес.

– Приготовились! – крикнул он во всю мощь своих лёгких, дабы все смогли услышать призыв командира пиратской армады. – Выпустить зверя! – раздался ещё один странный приказ, однако все присутствующие поняли о чём говорит Вороний глаз.

Рядом с капитаном галеи под говорящим названием Молчаливая, где все члены экипажа за исключением капитана были немы, всё это время шёл больших размеров торговый корабль, чем-то напоминающий собой флейт. И на этом корабле скованный множеством стальных цепей и кандалов находился никто иной, как Дрогон. Старший и самый большой дракон из выводка Дейнерис Таргариен. Угольно-чёрная чешуя, множество костяных наростов и устрашающий взгляд кровавых глаз с вертикальным зрачком. Эта зверюга была не в пример крупнее своих младших собратьев и росла семимильными шагами. Нынче в свободное время оно охотилось на кракенов в качестве своего пропитания.