В дверь позвонили в тот момент, когда Виктор наливал кипяток в небольшой чайничек. Неожиданный и громкий звонок заставил его вздрогнуть и пролить кипяток на пальцы. Ругаясь сквозь зубы, Виктор вытер руку о футболку и пошёл к двери.

— Кто? — спросил он, подойдя к ней. Глазок на его двери давно треснул, и в него вообще уже было ничего не разобрать.

— Вик, это я, — послышался с той стороны знакомый голос.

Удивившись, Виктор открыл дверь, собираясь уже высказать другу всё, что думает о столь поздних визитах, но слова застряли у него в горле, едва он увидел привалившегося плечом к дверному косяку Александра.

— Что, мать твою, с тобой случилось?!

Выглядел Рахманов, мягко говоря, ужасно. Лицо в крови. На рубашке алые пятна. Но самым пугающим была порванная штанина на правой ноге. Через разрезанную ткань он увидел глубокую, уже успевшую покрыться коркой рану на бедре.

— Долгая история, — хрипло выдавил тот, — поможешь?

— Заходи быстрее, — поторопил он друга и сразу же закрыл дверь, стоило тому войти внутрь.

— Так, сюда, Сань, — указал он, подведя хромающего друга к креслу. — Садись. Я сейчас.

А сам бросился на кухню. Там у него всегда лежала аптечка на подоконнике. На самом деле у него их было две. Ещё одна в ванной. Почему-то он дико боялся, что не сможет добраться до одной из них в случае чего. Поэтому и держал дома сразу две. Зато обе были собраны тщательно и со знанием дела.

Схватив сумку, тут же кинулся назад.

— Что с тобой случилось? — спросил он, опускаясь рядом с раненой ногой, потому что именно она выглядела опаснее всего. В особенности пугал затянутый выше раны ремень. — И кто тебе жгут на ногу наложил?

— Сам сделал, — отозвался тот. — Чтобы кровь остановить.

— Ладно. Сейчас посмотрим.

Быстро вынув медицинские ножницы, Виктор разрезал ткань брюк и принялся осматривать рану. Чистый, но весьма глубокий порез. Явно сделан чем-то острым. Ткани именно рассечены, а не порваны. Потратив несколько секунд на осмотр, Виктор облегчённо вздохнул. Ни бедренная артерия, ни другие крупные сосуды каким-то чудом не задело. Хотя об этом можно было бы догадаться заранее. Иначе его друг досюда бы просто не дошёл.

— Ладно, можешь выдохнуть. Ничего серьёзного не задето. Только мягкие ткани, — пояснил он, снимая ремень и стараясь не обращать внимания на сдавленное шипение от боли. — Ты когда жгут наложил?

Александр назвал ему время. Быстро подсчитав, Виктор пришёл к выводу, что всё в порядке. Быстро достал из аптечки пластиковый пузырёк и вытряхнул на ладонь две таблетки.

— Глотай. Это обезболивающее. Полностью не поможет, но хоть полегче будет.

— Ага. Спасибо.

— Так. Я сейчас очищу и промою тебе рану, а потом на скорую руку заштопаю. Терпи, приятного будет мало.

Это он ещё приврал немного. Вообще приятно не будет. Но что поделать. Достав антисептик, чистые впитывающие салфетки и прочее необходимое, приступил к работе. При этом старался не обращать внимания на болезненное шипение и сдавленные ругательства, произносимые пациентом сквозь сжатые от боли зубы.

Самым неприятным был процесс наложения швов. Так что Виктор использовал спрей для местной анестезии, чтобы другу было полегче.

— Всё, — сказал он через час, бросив покрытую кровью иглу в принесённую с кухни пластиковую миску и придирчиво осматривая результат своей работы. — Сейчас наложу повязку.

— Спасибо, — сипло произнёс Александр, облегчённо выдохнув и, наверное, впервые за весь вечер позволив себе расслабиться. — Криво зашил.

— Не язви, — пригрозил ему друг пинцетом, в котором ещё пару секунд была игла. — Если бы не дёргался, то ровнее бы вышло. Будешь жаловаться, в следующий раз вообще степлером зафигачу. Давай рассказывай, что с тобой случилось?!

Александр посмотрел на него…

Лезвие ножа вспороло шею, оставив за собой длинный разрез. Кровь хлынула потоком, а мужик рухнул на землю передо мной.

Всё с такой же безумной улыбкой на лице.

— Что ты сделал?! — заорал второй, размахивая своим оружием и пятясь. — Что, мать твою, ты только что сделал?!

Да как будто я знаю!

Я в ужасе смотрел на то, как под упавшим мужиком растекается кровавая лужа, постепенно подбираясь к моим ботинкам. Кровь стучала в висках, отбивая вместе с бешено бьющимся сердцем сумасшедший ритм. Голова кружилась. Мир перед глазами шатало… или это меня шатало?

Поднял взгляд на второго мужика…