— Твой знакомый?

— Скорее, конкурент, в некотором роде, — без каких-либо пояснений произнес князь, доставая из пачки на столе тонкую сигарету и закуривая. — Будь поосторожнее. И больше никогда у меня не занимай.

— Больше не стану.

На том и порешили.

Я вышел из бара, перекинувшись на прощание парой слов с Марией. Узнав, что я расплатился, та искренне обрадовалась и даже налила мне бокал двадцатилетнего виски. Себе, кстати, тоже. Сказала, что за такое событие просто-таки необходимо выпить. На мой резонный вопрос, а можно ли ей вообще пить на работе, получил в ответ другой вопрос: а с чего я взял, что хоть раз видел её трезвой? Постояли. Посмеялись. Выпили. И я поехал к Виктору. Деньги в рюкзаке, что называется, жгли мне спину, и я хотел избавиться от них поскорее и вернуть Вику то, что принадлежало ему по праву.

Эх, надо было видеть его лицо, когда я заявился к нему домой и вывалил на стол пятьдесят тысяч рублей в новеньких, хрустящих купюрах. Он поначалу вообще не понял, что произошло. А когда до него дошло, то его… да нашему общему счастью не было предела. Пусть князь тот ещё мерзавец, но в одном он прав: репутация и верность — вещи куда более дорогие и сложные в получении, чем любые деньги. Последнее, чего я хотел, — это лишить своего лучшего, да и чего уж там, по сути, единственного друга возможности добиться своей мечты.

Он предлагал мне остаться, но я отказался от этого предложения. Хотелось добраться до дома и завалиться спать. Я и так едва стоял на ногах, а провести ночь хотелось в собственной постели, а не на диване в квартире у Виктора.

Только вот, похоже, что добраться до дома у меня не выйдет.

Я заметил их, когда шёл по улице к нашему с Ксюшей дому. Наверное, в любой другой ситуации даже и внимания не обратил бы, но предупреждение князя засело в голове.

Два мужика стояли напротив нашего дома через дорогу. Они пытались выглядеть неприметно. В какой-то степени у них это даже получалось. Да только исходящие от них эмоции говорили об обратном. И я узнал одного из них. Именно ему я врезал по морде в ту ночь.

Как? Как этот урод меня нашёл? Сволота совсем не умеет проигрывать!

Я взволновался, но затем заставил себя успокоиться. Сейчас уже вечер. Ксюша на работе. У неё сегодня ночная смена. Значит, дома её нет. Но что делать?

Я прошёл мимо двери дома, даже не подумав о том, чтобы зайти в неё. Не хотел привлекать внимания. Пройду дальше и…

Хрен там.

Оба мужика двинули вслед за мной. Настороженность в их эмоциях сменилась чем-то вроде азарта. Будто радость охотника, заметившего убегающую дичь. Суки. Да как так-то?! И? Что дальше? Чуть повернув голову, увидел, как они идут по улице через дорогу. Один осторожно покосился в мою сторону и мы встретились взглядами. Всё как в тех историях. Их глаза встречаются. А дальше искра, буря и безумие…

Угу. Как же. Урод понял, что я понял, что они меня заметили. Гад шепнул что-то своему напарнику, и они оба быстро сошли с тротуара и рысцой направились в мою сторону прямо через дорогу. Если побегу сейчас, то, может быть, успею оторваться…

Чёрный седан затормозил прямо передо мной. Дверь открылась.

— Садись, — быстро приказал сидящий внутри на заднем сиденье мужчина. Меня не пришлось просить дважды. Едва только хлопнула дверь, как машина сорвалась с места.

— Вот уж не думал, что тем, кто обставил меня, окажешься ты, — произнёс Роман Лазарев, глядя на меня.

— А я не думал, что ещё хоть раз увижу твою рожу, — на нервах бросил ему в ответ.

— Знаешь, как-то это не особо походит на «спасибо большое, за то, что не дал этим громилам оторвать мне голову», — усмехнулся Лазарев. — но мне нравится твоя прямота. Только не перестарайся.

— Что ты тут делаешь? — потребовал, пропустив колкость мимо ушей.

— Да вот, хотел познакомится с человеком, который только что стал причиной того, что мой клиент меня уволил, — произнес он, но как-то беззлобно.

Попытался прощупать его эмоции, но ничего не вышло. Этот мужик был для меня будто пустое место. Похоже, что все те истории о потомственных аристократах и их Реликвиях, которые я читал и слышал, оказались правдой в действительности. Просто до сегодняшнего дня у мне ещё не выдавалось возможность вот так поговорить с одним из них.

— Давай просто сделаем вид, что я не понимаю, о чём ты? — предложил я. — Если удобно, то можешь высадить меня на углу.

Кажется, мое предложение его удивило, причём довольно сильно.

— Ты ведь понимаешь, что я только что, по сути, спас твою шкуру? Кстати, кто были те громилы?

— Работают на дядю по имени «Не твоё дело». Я тебя, кстати, вообще-то об этом не просил.

— Как и я о том, чтобы ты лез в мои дела, — огрызнулся Лазарев. — Ты использовал материалы из моих документов, чтобы поломать мне и Гарнилову сделку. Шугарин сказал, что ему помог некий Александр Рахманов, и представь себе моё удивление, когда я не смог вспомнить ни одного адвоката с таким именем. А затем вспомнил тебя. После этого найти тебя стало уже совсем нетрудно для кого-то с моим связями.