В глазах всех женщин, кроме Майры, появилось непонимание.

— Как вы, наверное, догадываетесь, в лесу я не первый раз. Поэтому, готовясь к этому походу, догадывался, что вам придется нелегко. И прикупил походные костюмы торренских наемниц. Не надо краснеть и падать в обморок — они намного удобнее, чем платья. А что выглядят несколько непривычно, так вы не на званом вечере и не на балу!

Обе хейзеррки стояли красными, как спелое яблоко. И смотрели в землю. Ар Лиин-старшая лишь чуть-чуть порозовела. И только Майра выглядела совершенно спокойной.

— Надеюсь, мои объяснения достаточно логичны? — почувствовав, что первые две дамы колеблются, поинтересовался я, добавив в голос жесткости.

— Да, арр! — хором отозвались женщины.

— Тогда вперед, переодеваться…

…Выстроившись в одну коротенькую, но невероятно кривую шеренгу, дамы выглядели так, как будто их выгнали голышом на какой-нибудь помост и заставили танцевать перед многотысячной толпой. Пришлось заставить их думать о том, что действительно важно:

— Майра, подойди!

Та мгновенно вышла из строя и замерла в шаге от меня.

— Сейчас я объясню, как правильно носить то, что вы на себя нацепили. Начнем, пожалуй, с головных уборов. Небольшие поля на шляпках, которые вы, согласно последней моде, решили носить слегка набекрень, служат для того, чтобы насекомые, изредка падающие с веток, не оказывались у вас под одеждой. Впрочем, если кто-то считает, что красота требует мелких и не очень мелких неудобств, то можете не обращать внимания на мое ворчание и носить головные уборы так, как вам заблагорассудится…

Шляпки троицы, наблюдавшей за тем, что я делаю с Майрой, тут же оказались в правильном положении, а краснота на щеках чуть-чуть спала.

— Кошмарные зеленые платки без вышивки, кружев и монограмм, зато большие и плотные, служат приблизительно для той же цели. Поэтому носят их не в нагрудном кармане, а повязывают вокруг прелестных шеек. А верхние части ваших новых костюмов, называемые куртками, при движении по лесу обязательно застегивают. Ибо красивое декольте, безусловно, радует мужские взоры, но только в том случае, если нежная кожа в этой области не усыпана укусами разной степени расчесанности!

Представили, прониклись и снова покраснели, но торопливо повязали платки на шейки и застегнулись.

— Кстати, ткань курток, как вы, наверное, уже обратили внимание, тоже достаточно плотная. Поэтому натянуть их нижний край ни на щиколотки, ни на колени, ни на… хм… самую верхнюю часть бедер не получится! В общем, прекращайте их оттягивать и переведите взгляд чуть пониже. Скажем, вот сюда… — тут я повернул Майру к ним боком и ткнул пальцем в ее бедро. — Шнуровка, идущая по внешней стороне ноги от колена и до пояса, служит для того, чтобы ширину штанины можно было менять. То есть, перед тем, как взобраться в седло, ее нужно подтягивать, дабы на внутренней поверхности бедра не образовывалось складок, которые могут его натереть, а перед движением пешком, соответственно, ослаблять. Далее, штанины в сапожки не заправляют, а носят навыпуск, чтобы летом не собирать голенищами разнообразный мусор и все тех же насекомых, а зимой — снег…

К концу этой части объяснений дамы чуть-чуть расслабились и перестали не только прятать от меня взгляды, но и сутулиться.

— Переходим к самому главному… — я повертел Майру вокруг себя, задумчиво поглядывая то на ее грудь, то на задницу, потом присел на корточки и ткнул пальцем в сапожок: — К обуви. Не знаю, успели ли вы обратить внимание на то, что сапожки всем вам слегка велики, или нет, но куплены они такими не зря. Дело в том, что во время длительных пеших переходов на ногу лучше мотать вон те белые тряпочки, которые вам показались ненужными. Они называются портянками и куда лучше защищают стопы от потертостей, чем носки…

…Через пару колец, когда дамы сочли, что научились мотать портянки, и свыклись с мыслью о том, что о платьях придется на время забыть, мы, наконец, занялись сборами. И к концу стражи двинулись в путь.

Привал после первого и очень короткого — на два кольца — пешего перехода показался им лишним. Но оказалось, что портянки сбились почти у всех и вот-вот начнут натирать ноги. Перемотали снова, поблагодарили за заботу и зашагали дальше. Еще через стражу, оценив, насколько удобнее передвигаться по лесу в торренских костюмах, убедившись, что я не пялюсь на их «кошмарно» обтянутые тканью ноги, и сообразив, что ходить до ветру во время привалов стало куда удобнее, слегка повеселели. Тем временем мы поднялись на Столовую гору — здоровенную и совершенно плоскую возвышенность, заросшую травой и мелким кривым кустарником — и я, остановив отряд, объявил, что дальше мы будем не идти, а ехать.

О том, что шнуровку можно подтянуть, вспомнили все. И снова напряглись — как же, требовалось бесстыдно обтянуть бедра! Но после того, как я поинтересовался у самых пугливых, нравится ли им потертости на самых нежных местах, перестали дурить. И, приведя штаны в нужное состояние, забрались в седла и следом за мной поехали к далекому горизонту…

…Обедали лежа, чтобы дать натруженным ногам немного отдохнуть. И за все время трапезы, кажется, ни разу не вспомнили о том, что их бедра обтянуты штанинами, и что валяться в такой позе перед мужчиной, не являющимся мужем, невместно. Я мысленно посмеивался, и пытался представить, как они отреагируют на сообщение о том, что большую часть второй половины дня мы будем ехать, а не идти. Увы, уже через четверть стражи после выезда с места большого привала начала портиться погода.