Так расследование зашло в тупик. Дарос немел от злости, когда докладывал дяде о его результатах. Из-за невозможности что-то сделать, и из-за равнодушия короля к судьбе племянника. Выбраковала судьба Олиха, что ж, к этому он шёл последние несколько лет. Самому Даросу следует как можно скорее принять титул наследника престола и входить в курс дел. Ведь судьба каждого из них так непредсказуема!

Дядя притворно вздыхал, поглядывал на него с подчёркнутой сердечностью, Дар держал лицо кирпичом и заверял Армоса, что он полон сил и будет править ещё долго, а значит, торопиться некуда. Дарос был уверен, прими он сейчас слова короля с энтузиазмом и за чистую монету, повторил бы судьбу отца и дяди. Не было ничего, что любил бы Армос, кроме власти. Ради неё он, не колеблясь, шёл на преступления и пойдёт опять. А значит, чтобы выжить, он должен быть правильным наследником: не соваться в дела государства и как можно реже попадаться дяде на глаза.

Что делать, а на похоронах Олиха они снова столкнулись. Проводил церемонию сам король, как старший родственник погибшего. Любимый и любящий дядя! Почти отец!.. Как король упивался этой ролью! Смотреть на это было больно, стыдно и смешно. Дар выдержал.

А вечером они устроили поминки прямо у себя в департаменте. Олих работал с ними некоторое время. Был толковым, надёжным... Пока не потерял себя.

Он и женщинами-то не интересовался особо. После случая с Варгом так точно. Та бездна горя, разврата и убийств, куда заглянул молодой дракон благодаря Варгу, испугала и шокировала его. И после, он бывал на смотринах как того требовал закон: раз в семь лет. Девушку брал не всегда. Если брал, то, конечно, выпивал, инстинкт срабатывал. Это подхлёстывало чувство вины и он забывал о женщинах ещё на семь лет.

Так было до тех пор, пока он не встретил Любаву.

Он явился тогда в департамент сияющий и счастливый, а Дароса продрал мороз предчувствия. Что он творит? Нельзя привязываться! Нельзя! Ведь это было бы тем же самым, как если бы дракон, обладающий условным бессмертием, привязался к бабочке-однодневке. Бабочка неминуемо умрёт. А что станет с драконом?

Сам он дал обет не прикасаться к существовам с которыми возможен энергообмен по двум причинам. Первой и очевидной, была вина отца. Вторую разглядел в нём и озвучил Армос: он страшился слабости, зависимости, сумасшествия.

Неужели они с Армосом так похожи? Он интуитивно почувствовал это, и потому сделал преемником его, не Олиха? И значит ли это, что однажды он сам станет таким же ублюдком?

Когда все участники попойки, кроме дежурных, которые должны были сохранять адекватность и драконов, кого напоить было не в пример сложнее, чем других существ, мирно спали за столами и на подходящих для этого поверхностях, драконы продолжили поминки.

Только теперь без притворства и ложного смирения перед судьбой. Они пили с мрачными лицами и мысленно провожали собрата в путь. Скорбели не только о нём, а и о себе, ведь любой из них мог стать следующим. С уверенностью можно сказать, что каждого из них хотя бы раз за вечер посетила болезненная, бессильная мысль. Чем заслужили они проклятие богов: быть самыми сильными и одновременно самыми хрупкими существами в нескольких мирах?

***

Неожиданно случилось так, что они получили к себе в камеру сильного шамана. История с убийствами драконят получила развитие. Похитили ещё одного драконёнка из знати. Они были начеку и потому почти успели. Почти... На месте убийства удалось схватить старого орочьего колдуна. Остальные скрылись.

Орка водворили в камеру. Дарос видел его, пока старика вели, и успел понять о нём многое. Он попался только потому, что сам пожелал. Могущественный колдун! И шёл теперь смирно, по-стариковски шаркая ногами!.. Его, конечно, сунули в самую изолированную камеру, да разве это поможет, если что? Казалось бы: захватили главного исполнителя и, вероятно, вдохновителя преступления. Радуйтесь! А у всех кислые, настороженные лица. Они сами притащили к себе "домой" неслабый такой гемор. Ведь с таким "дедком" у них могло быть только два варианта развития событий: или на департамент вот-вот нападут, дед поможет нападающим и всем им придётся реально плохо. Или старику что-то нужно от одного из них. Пришёл на встречу, так сказать.

Все, в той или иной мере, понимали к кому мог явиться этот вестник судьбы и что за вести он, вероятно, принёс с собой. А потому, с сочувствием поглядывали на Дароса. Тот досадливо кривился: как ни крути, а к деду идти ему. Его он хотя бы не прибьёт слёту. Пытки тут бесполезны, значит, придётся разговаривать. Да, он и не посмел бы. Ведь за то, что он посягнул бы на Смотрящего вдаль, его самого прибил бы Харк.

Харк был одним из его бессменных телохранителей в детстве. Их было несколько и все из разных рас. Так своеобразно позаботился о нём отец, в своё время. Когда он нашёл в себе силы прийти и познакомиться с сыном, то привёл с собой нескольких своих воинов. Те разогнали приставленных Армосом нянек и стали маленькому Дару семьёй. Они сами и их семьи.

Это был самый лучший подарок, какой мог сделать своему ребёнку сходящий с ума дракон. Он позаботился о том, чтобы Дароса вырастили адекватные, любящие существа, которые привили ему разумные представления о мире и о том месте, что он сам должен занимать в нём.

Они до сих пор влияли на него. Любовью и преданностью. И сейчас, направляясь к камере для знатных преступников, в которой даже имелось окно и всё необходимое, Дар, посмеиваясь, думал об этом. Харк и так снимет с него голову за то, что он посмел запереть патриарха его племени. А уж если он сделает это без должного уважения или комфорта... Ему можно будет только посочувствовать. Седой, как лунь, Харк не улучшил с возрастом ни свой характер, ни язык...

***

Старый орк отвернулся от окна, когда он вошёл.

– Спасибо.

– Мой воспитатель из вашего народа.

Старик чуть кивнул. Орки не говорили лишнего. "Слова забирают силы и творят реальность",- вспомнил Дар наставления Харка.

– Зачем?- спросил он.

Старик, ветхий и высохший, задумался. Глаза его снова обратились к горизонту, за который садилось солнце. Зачем было такому мудрому существу убивать детей?

– Я принёс жертву,- ответил мудрец через долгое время на не заданный вслух вопрос.- Обратил ваше внимание на то, что творите вы с нашим и другими мирами. Дал пить вам ту же чашу, что тысячелетиями подносили нам вы.