Снова повторялись события месячной давности! Опять играли в догонялки со стихией, которая готова была обрушиться на нас и смести безо всякой жалости. И каждый понимал отчётливо – сегодня не повезёт. В этот раз беспредельный ужас глубин не отпустит своих жертв, и даже пламя Айш-нора не спасёт всех от гибели!

Кажется, это осознавал и архидемон, потому как он указывал дорогу, помогал, даже подбадривал! Не скажу, что это сильно помогало, но хуже не становилось точно.

Солнце село, на землю опустилась тьма, но никто и не думал притормозить. Лучше было сломать ногу, попав в ямку, чем сбавить ход. В конце концов, всего лишь перелом для нас больше не проблема! В отличии от всесокрушающей мощи местных штормов.

А небо на востоке постепенно затягивало, чернело, наливалось и разбухало тучами, готовясь разродиться дождём смерти. Я видел это даже без магического зрения, а уж когда один раз использовал его, то пожалел об этом – на востоке клубились такие завихрения энергии, что нечего было и надеяться отбиться! То, с чем мы столкнулись в прошлый раз, и в подмётки не годилось этому кошмару.

– Быстрее! – надсадно кричал я. – Скорее, коли жизнь дорога!

И мы всё ускорялись, неслись, стремились вперёд.

Но куда? За дни на Пустоши я успел зазубрить и карту охотников, и подарок Иоганна. Ни на одной в не было отмечено ровным счётом ничего полезного. Тем не менее, никто и не думал останавливаться, все бежали как в последний раз, потому что так оно, по сути, и было.

Как я ни напрягал зрение, так и не сумел увидеть ничего похожего на укрытие, а стихия меж тем приближалась и приближалась, неторопливо, я бы даже сказал – с ленцой. Она громыхала, и в раскатах грома слышалось злое торжество, победа нежизни над жизнью.

Я всеми силами гасил отчаяние и рвущуюся наружу панику. Чувство безысходности возникло так резко, так неожиданно, что приходилось бороться с собой, и это выматывало даже больше, чем гонка. А ещё в завывающем ветре мне слышались шепотки. Они предлагали сдаться, покориться, погибнуть и радостно отправиться в вечность.

И было действительно непросто плюнуть на них, не обращать внимания, не позволять управлять собой!

Бункер я увидел совершенно неожиданно.

Вот мы бежали по, казалось бы, гладкой, как стол, равнине, вот забежали в незначительную на вид низинку, и оп – он тут как тут, причём не один, а с друзьями.

Не знаю уж, что тут размещалось до войны, но сейчас на это мне было плевать с высокой колокольни. Спасение! Вот что имело значение.

– Туда! – взревел я и первым подбежал к распахнутой настежь двери. – Быстрее!

Один за другим товарищи по несчастью влетали внутрь, гулко ухая по бетонным ступеням и исчезая во мраке, расцвеченным магическим зрением. Последним был Малоун. Он остановился и помог мне захлопнуть дверь чуть ли не перед носом у бушующей стены дождя, практически догнавшей нас возле укрытый.

Я видел, как вода, точно гидравлический резак, ударила по спёкшейся земле, слышал яростный рёв охотника, чья добыча вырвалась из силков и вприпрыжку унеслась в заросли, ощущал бессильный гнев потусторонней мощи, обрушившийся на истерзанную войной землю.

И захлопнул дверь, ставя на место запоры.

А затем вдруг понял одну важную вещь.

– Малоун… - позвал охотника.

– Угу?

– А дверка-то отлично ходит в петлях.

– Угу.

– И механизм работает, точно вчера из мастерской.

– Угу.

– И запоры словно новые.

– Угу!

Мы многозначительно переглянулись и ринулись вниз – предупреждать наших.

***

Не хотели больше лазать по местным руинам, но кто же нас спрашивал, везёт как утопленникам. Так я думал, ведя отряд вниз, прочь от накрепко закрытой двери.

Конечно, можно было переждать бурю возле неё, а как та пройдёт – просто свалить отсюда побыстрее. Хороший план, мне он даже нравился.

Один недостаток – так мы отдадим инициативу тем, кто здесь обитает. И вот это-то точно не приведёт ни к чему хорошему. Хватило мне уже посиделок в здании, окружённом мертвецами, больше такой опыт повторять не желаю!

А потому отряд тотчас же перестроился, готовясь к бою.

Впереди, как и всегда, шли мы с Сюин, тылы прикрывали близнецы, а наша ручная кровопийца заняла место за моим плечом во втором ряду. Там же разместился и Малоун, а ещё несколько крепких охотников, получивших дар силы.

Теперь-то мы все представляли собой серьёзную боевую единицу, но расслабляться не следовало. Великая Пустошь уже показала на что способна, а значит, милости от неё ждать бессмысленно.

Мы прошли один за другим два больших коридора – пустых и безжизненных, погружённых во мрак – и не встретили ничего опасного, после чего оказались перед развилкой.