— Не раскроете секрет, в чем изюминка? Как вам это удалось?

— Многого не расскажу, но могу намекнуть, что главное — объединить учащихся и дать им стимул. Цель, ради которой каждый из учеников будет стараться и идти к ней не смотря ни на что.

— Очень интересно, — кивнула с улыбкой девушка. — Скажите, ходит слух, что в школе Дайвегу запрещено пользоваться телефонами. Это правда?

— Нет, нет конечно, — улыбнулся директор. Он быстро прокрутил в голове все, что ему известно о группе «Надуй щеки» и тут же добавил: — Это инициатива самих учеников. Вы наверное видели в сети фотографии кружек с кофе?

— Да, это тоже резонансная история, — кивнула репортер. — Ученики школы Дайвегу просыпались на рассвете. Об этом уже писали.

— Так вот с телефонами так же. Совместно с преподавателями, мы смогли донести мысль до наших учащихся, что телефон и интернет съедают львиную долю времени. Причем не дает ничего взамен. Поэтому многие отказываются от смартфонов.

— Скажите, они полностью отказываются от телефонов?

— Э-э-э… нет. Точно нет. Кто-то берет с собой старые модели. Вы наверное не помните, но раньше сотовые телефоны были с кнопками и без всякого интернета…

Бём Сок вышел из машины и огляделся.

Мрачные тучи надвигались с запада, усиливался ветер.

Директор поежился, поднял воротник и открыл заднюю дверь автомобиля, откуда достал букет цветов.

Шаг за шагом он шел между рядами ровных надгробий. Пройдя несколько сотен метров, мужчина остановился у неприметного серого камня женщины с фамилией Сок, положил рядом цветы и тяжело вздохнул.

Он молча достал из кармана небольшой платок, постелил его рядом и уселся на землю, взглядом уставившись на приближающиеся тучи.

— Прости, мам. Я давно не заходил, — тихо произнес он. — очень увлекся работой. Не держи на меня зла.

Бём Сок хмыкнул и произнес:

— Я очень сильно продвинулся в… В общем, познакомился с людьми в министерстве. Помог по мелочи и… В общем, один мой знакомый хотел забрать к себе. В министерстве трудно работать без проверенных и надежных людей, — медленно и тихо начал говорить мужчина. — А тут… тут словно гром среди ясного неба.

Директор поник, плечи опустились.

— Помнишь, когда я заканчивал школу, ты умоляла директора, чтобы мне не портили характеристику для университета? Я тогда протащил бутылку соджу в школу…

Бём Сок грустно усмехнулся.

— Тут… тут все немного сложнее, но характеристику мне подпортили… В общем, меня уволить хотят… — мужчина хмуро опустил взгляд с туч на траву под ногами. Остановив взгляд на первых каплях на своих брюках, он продолжил: — Я уверен, что это… это глава родительского комитета Асака. Ей поперек горла все эти собрания в школе…

На несколько секунд он умолк, снова поднял взгляд к небу и продолжил:

— Прости, что прихожу, когда меня накрывают проблемы, — тихо произнес он. — Мне просто… не к кому идти. Я обещал тебе, что женюсь после университета. Учеба была сложная, я старался. Потом обещал, что женюсь когда встану на хорошую должность, а теперь… теперь некому обещать.

Бём Сок прикусил губу, покосился на надгробие и произнес:

— Теперь ни должности, ни семьи…

Секунд десять, директор просидел молча, пялясь на свои штаны появлялись одна за другой капли дождя.

— Я очень скучаю… — наконец выдал он, втягивая голову в плечи. — очень хочется послать все к чертовой матери. Министерство с их постоянными планами и проверками. Родительский комитет, сующий нос в учебный процесс. Эту прогнившую систему, в которой приходится улыбаться и кланяться всем и вся…

Бём Сок шевельнул челюстью, поднял взгляд к небу, откуда капали мелкие капли и продолжил:

— Хочу прийти к тебе. Чтобы опять пахло твоими оладьями… — тут он сглотнул и прикусил губу. — Я ел оладья на приеме у самых влиятельных людей в стране. Ел оладья в самом дорогом ресторане в городе… Знаешь, они вкусные, но так не пахнут… Что ты в них ложила, мам?

Бём Сок шмыгнул носом, вытер выступившую влагу на глазах и нервно усмехнулся.

— Ты говорила не сдаваться… — спустя несколько секунд произнес он, глядя как из-за холма к нему движется плотная стена дождя. — Я так и делал. И в университете. И после, когда работал учителем. Даже когда меня заставили перейти в Когу До. В это место для отбросов. Даже там… Я не сдавался, но сейчас…

Бём Сок тяжело вздохнул.

— Я устал, мам… Устал вертеться в этой яме со змеями. Я не гадюка и не питон… Там я мышь, мама… Мыш которая шипит и делает вид, что она змея…

Директор окончательно осунулся и опустил голову.

В этот момент его накрыл ливень, щедро поливая мужчину в костюме, что сидел на траве у надгробия.

— Все, что я делал коту под хвост… из-за… — тут мужчина поднялся. — Я думал раньше, что проблема в Хегае. В этом баламуте, но… Проблема не в нем… Сейчас он пытается что-то делать. Не знаю как, но в газетах статьи про нашу школу… У меня сегодня брали интервью люди с центрального канала… Но это все… Это так не работает. Проблема в другом. Проблема в людях… Системе и людях.